А С Ефремов, В С Курило, И Ю Бровченко - История луганского края учебное пособие - страница 26

Страницы:
1  2  3  4  5  6  7  8  9  10  11  12  13  14  15  16  17  18  19  20  21  22  23  24  25  26  27  28  29  30  31  32  33  34  35  36  37  38  39  40  41  42  43  44  45 

Однако эта система просуществовала недолго, и уже в 1932 г.создаются области. 2 июля 1932 г. была образована Донецкая область, в состав которой вошли 17 промышленных и 18 сель­ских районов. Область включала территорию современных До­нецкой и Луганской областей. 3 июня 1938 г. был принят Указ Президиума Верховного Совета СССР о разделении Донецкой области на две: Сталинскую (с 1961 г. Донецкая) и Вороши-ловградскую (в 1958—1970 гг. Луганская; в 1970—1990 гг. Ворошиловградская; с 4 мая 1990 г. Луганская).

В начале 20-х гг. край продолжал испытывать серьезные экономические трудности. В критическом состоянии находи­лись угольная, металлургическая, машиностроительная, хими­ческая отрасли промышленности, угрожающей была безрабо­тица. Не лучшим было положение в сельском хозяйстве, усу­гублявшееся крайне враждебным отношением крестьянства к политике «военного коммунизма».

Провал попыток ликвидировать рыночные отношения вынудил правящую коммунистическую партию перейти к новой экономи­ческой политике, осуществлявшейся в 1921—1928 гг. и явившей­ся тактическим ходом, направленным на спасение экономики с по­мощью рыночных механизмов и частной инициативы.

В условиях хозяйственной разрухи и голода восстановление эко­номики непосредственно зависело от результатов работы угольной промышленности — одной из базовых отраслей народного хозяй­ства. Сделать это требовалось в кратчайшие сроки: в 1921 г. добыча угля в Донбассе составила всего 5,8 млн. т, и была в 4,5 раза мень­шей, чем в 1913 г Восстанавливая затопленные и разрушенные шах­ты, вкладывая значительные средства в угольную промышленность, приступив к оснащению ее техникой, прежде всего врубовыми ма­шинами, активно используя «революционный энтузиазм победивше­го пролетариата», поставленную задачу удалось решить.

В 1927—1928 экономическом году, начинавшегося тогда с октября, добыча угля в Донбассе превзошла уровень 1913 г. и составила 27,3 млн. т, из них шахтерами Луганского округа было добыто 9,36 млн. т, или более 34 % вседонецкой угле­добычи. Однако условия их труда и жизни были нелегкими. В 1925 г. реальная заработная плата составляла по сравнению с 1913 г. у горняков 43 %, у металлистов — 54 %. Достаточносерьезными были антисоветские настроения, имело место ста­чечное движение.

В конце 20-х гг., с укреплением диктатуры ВКП(б), ставшей тоталитарной партией, руководство страны решило осуществить «экономический скачок» для ускорения темпов построения со­циализма. Луганщине в этих планах отводилась важная роль, так как тут были сосредоточены предприятия базовых отраслей народного хозяйства: угольной, металлургической, химической. Курс на модернизацию экономики, ее форсированную индуст­риализацию осуществлялся «военно-коммунистическими» ме­тодами. Рыночное регулирование было отброшено, управление промышленностью цент-рализовано. Направленные в годы пер­вой пятилетки (1928—1932 гг.) значительные капиталовложе­ния в угольную промышленность были использованы на ее эк­стенсивное развитие. За этот период в Донбассе было введено в эксплуатацию около 90 новых шахт. Но в условиях директив­но-командной системы хозяйствования ни в первой, ни во вто­рой пятилетке (1933—1937 гг.) планы угледобычи не выполня­лись. Не помогло и социалистическое соревнование, начавшее­ся в 1929 г. и активно пропагандировавшееся и распространяв­шееся среди трудящихся.

Более продуктивным был поиск новых форм организации труда. В 1930 г. инженером шахты № 22 Голубовского рудника К. К. Кар-ташевым и рабочим шахты «Волково» Первомайского рудоуправ­ления Н. Д. Касауровым (впоследствии он стал Героем Социалисти­ческого Труда) был внедрен метод беспрерывной добычи угля, по­зволивший существенно увеличить производительность труда.

Еще более высокую производительность обеспечивала новая горная техника. В 1932 г. главный механик Первомайского рудоуп­равления А. И. Бахмутский сконструировал первый в мире угольный комбайн, успешно работавший на шахте «Альберт» треста «Кадие-вуголь». Одновременно на шахте № 12 Брянского рудоуправления был испытан угледобывающий комбайн конструкции инженеров В. Г. Яцких и Г. И. Роменского. Двумя годами позже механиком треста «Первомайскуголь» Н. А. Чихачевым был создан эксперименталь­ный образец породопроходческого комбайна. Однако массовое про­изводство этой новой горной техники тогда налажено не было.

В 1935 г. Луганщина стала родиной стахановского движения. В

ночь с 30 на 31 августа 1935 г. забойщик кадиевской шахты «Цен-тральная-Ирмино», бывший крестьянский паренек Алексей Стаха­нов, применив новую технологию угледобычи, сумел повысить производительность труда в 14,8 раза. Вскоре это достижение было превзойдено Мироном Дюкановым, Дмитрием Концедаловым, Никитой Изотовым, Федором Артюховым и другими шахтерами. Но именно Стаханов вошел в историю как пионер новой организа­ции труда (разделение добычи угля между забойщиком и крепиль­щиками). Новые методы получили распространение во всех от­раслях народного хозяйства. В 1970 г. А. Г. Стаханову было при-

своено звание Героя Социалистического Труда, а в 1978 г. с целью

увековечения его памяти г. Кадиевка переименован в Стаханов.

Не менее важным почином для улучшения работы уголь­ной промышленности стала инициатива организации труда по многоцикличному графику в очистном забое, предложенная начальником участка шахты № 22 им. Кирова треста «Кадие-

Эти и другие почины, прогрессивные методы организации тру­да способствовали дальнейшему развитию угольной промышлен­ности Луганщины. В 1940 г. добыча угля составила 34,6 млн. т. Но при этом производительность труда росла медленно, плановые за­дания по-прежнему хронически не выполнялись. Тогда под пред­логом укрепления экономики в связи с начавшейся второй миро­

Город Кадиевка (ныне город Стаханов), шахта «Центральная-Ирмино». Алексей Стаханов устанавливает рекорд

по добыче угля в ночь с 30 на 31 августа 1935 года. Кадр кинохроники.

вуголь» Н. Е. Гвоздырьковым.вой войной угольная и другие отрасли промышленности в июне 1940 г. были фактически военизированытемпы их развития обес­печены за счет прикрепления рабочих и инженерно-технических работников к шахтам и промышленным предприятиям.

В тяжелом состоянии в начале 20 х гг. находилась металлурги­ческая промышленность. Ценой огромных усилий завод ДЮМО произвел в 1922 г. 1 млн. пудов стали и 900 тыс. пудов проката, или соответственно в 16 и 13 раз меньше, чем в 1913 г. В 1923 г. завод был поставлен на консервацию и не работал до начала 1926 г., ког­да состоялся его новый пуск уже как Алчевского металлургичес­кого завода имени Ворошилова. Тогда были пущены две домен­ные печи, несколько мартеновских печей, три прокатных стана. В следующем году на заводе был построен новый коксовый цех.

В 1931 г. коллектив доменной печи № 2 завоевал первое место во Всеукраинском конкурсе на лучшую домну. В 1933— 1934 гг. на заводе вступили в строй еще две мощные домны. В последующие годы производственные мощности этого метал­лургического гиганта продолжали наращиваться. К 1941 г. на заводе действовало 4 доменные, 7 мартеновских печей, мощ­ные прокатные станы, 5 волочильных станов и 42 вспомогатель­ных и обслуживающих цеха. С момента пуска завода после кон­сервации и до июня 1941 г. на нем было произведено 7,2 млн. т чугуна, 2,8 млн. т стали, 2,7 млн. т проката. А всего только в 1940 г. металлурги Луганщины выплавили 872,6 тыс. т чугуна и 418,5 тыс. т стали. Производство проката составило 330 тыс. т.

Благодаря тяжелому и напряженному труду рабочих и инже­неров, были восстановлены и значительно увеличены мощнос­ти химической и стекольной промышленности. В 1921 г. в Ли­сичанске был создан трест «Химуголь», в который вошли пред­приятия этих отраслей, а также рудоремонтные заводы и ряд шахт. Лисичанский завод «Донсода» уже в 1925—1926 эконо­мическом году достиг уровня 1913 г. по производству кальци­нированной соды, а в 1940 г. давал около 70 % общесоюзного производства. Завод «Пролетарий» (бывший стеклозавод Ле-вингофского общества), восстановленный в 1922 г., уже через три года в 2,6 раза превзошел уровень 1915 г. К началу 1932 г. была завершена его реконструкция, позволившая полностью механизировать производство оконного стекла.

На протяжении 1930—1935 гг. было осуществлено строи­тельство Лисичанского мехстеклозавода производительностью 7 млн. кв. м оконного стекла, давшего в конце 1935 г. свою первую продукцию. В 1932 г. в Лисичанске создается управле­ние строительством азотнотукового завода, а двумя годами позже было принято решение построить на этой промышлен­ной площадке уже не завод, а мощный азотнотуковый комби­нат, первую очередь которого намечалось пустить в 1941 г.

В 1925 г. завершились восстановительные работы на хи­мическом заводе «Красное знамя» (до 1923 г. «Русско-Краска»), преобразованного в 1932 г. в химкомбинат. В 30 х гг. комбинат давал половину продукции всей анилинокрасоч-ной промышленности СССР. В 1940 г. на нем было выпущено более 7,8 тыс. т красителей, в том числе 163 т кубовых, кото­рые производились только здесь.

В конце 1922 г. началось экономическое оживление на Луганс­ком паровозостроительном заводе. В 1922—1923 экономичес­ком году было построено 49 паровозов серии «Э», а за следую­щие пять лет (1923—1927 гг.) — 447 паровозов различных серий.

В конце 1928 г. началась реконструкция завода, было создано специальное строительное управление «Луганбуд», которое воз­главил кадровый рабочий П. И. Пузанов. С целью обеспечения еще более высоких темпов индустриализации, ради скорейшего пост­роения «светлого коммунистического будущего», на строитель­стве, как и по всей стране, применялись такие «формы организации труда», как дополнительная отработка «социалистического часа», работа штурмовых строительных отрядов и батальонов, «штур­мовые ночи» — фактически круглосуточная непрерывная работа. Именно тогда прославилось звено Ивана Стафийчука, которое ус­тановило мировой рекорд укладки арматуры на строительстве но­вокотельного цеха, превзойдя почти в полтора раза американскую норму, достигнутую на более высокой технике.

Чтобы стимулировать энтузиазм социалистического стро­ительства, в 1929 г. рабочими завода, при соответствующем идеологическом воздействии парткома, была выдвинута идея о выполнении первой пятилетки в четыре (вначале даже в три) года. Идея, экономически абсолютно не обоснованная, темне менее, была одобрена высшим руководством и активно пропагандировалась по всей стране.

В конце 1933 г. реконструированный завод вступил в строй действующих и стал крупнейшим в Европе паровозостроитель­ным предприятием. В 1938 г. магистральные паровозы серий ФД и ИС, изготовленные луганчанами, демонстрировались на Парижской всемирной выставке и получили высокую оценку. В 1940 г. завод выпустил 441 паровоз, что составляло 70 % их общесоюзного производства.

В первой половине 20 х гг. был восстановлен Лутугинский

завод про­катных вал­ков. Выпуск продукции уже в 1924— 1925 хозяй­ственном году по срав­нению с 1913 г. уве­личился в че­тыре раза и составлял 120 т валков в месяц. В конце 30 х гг.

завод стал единственным не только в Украине, а и в СССР пред­приятием по производству валков для металлургической, хи­мической и мукомольной отраслей промышленности.

Нарастили свои мощности и выпуск продукции в 1921— 1941 гг. луганские заводы имени Артема, Якубовского, Рудя, Пархоменко, Краснолучский рудоремонтный (впоследствии машиностроительный) завод и другие предприятия.

В целом, в 20—30 е гг. промышленный потенциал Луганщи-ны значительно возрос, она стала одним из наиболее развитых регионов Украины. В 1940 г. в области насчитывалось 7460 про-

Перекрытие старого русла реки Лугани по плану генеральной реконструкции паравозостроительного завода имени Октябрьской революции. 1930 год.

Начало строительства Штеровской ГРЭС. 1923 год.

мышленных предприятий, а численность рабочих и служащих в народном хозяйстве достигла почти полумиллиона человек.

Техническая реконструкция народного хозяйства, осуществ­ленная в 20—30 е гг., велась на наиболее прогрессивной энер­гетической основе электричестве. С целью электрификации России, еще в декабре 1920 г. был утвержден план ГОЭЛРО (в нем, однако, игнорировались границы Украины и фигурировал Южный экономический район, который состоял из Украины и граничивших с ней территорий РСФСР). Предполагалось пост­роить 30 тепловых и гидравлических электростанций, каждая из которых должна была обеспечить электроэнергией крупный про­мышленный узел или район, а сами электростанции получили название «государственных районных электростанций» (ГРЭС).

В 1922 г., в соответствии с этим планом ГОЭЛРО, началось строительство Штеровской ГРЭС (ныне г. Миусинск). В октяб­ря 1926 г. ее первый агрегат мощностью 10 тыс. кВт был сдан в промышленную эксплуатацию. Через пять лет, осенью 1931 г., строительство было полностью завершено, а мощность ГРЭС достигла 157 тыс. кВт (в 1913 г. в России не было ни одной электростанции мощностью свыше 25 тыс. кВт). Одновремен­но со строительством шла подготовка кадров энергетиков, де­фицит которых осуществлялся особенно остро.

В 1929 г. на Штерстрое был открыт энергетический техникум. В 1930—1933 гг. он был высшим техническим учебным заведением (ВТУЗом) и готовил инженеров-электриков, техников и бригадиров.

В целом, электроэнергетика в крае развивалась более ди­намично, чем остальные отрасли народного хозяйства, произ­водство электроэнергии быстро росло. В 1940 г. оно остави­ло в области свыше 1,8 млрд. кВт-часов, увеличившись за двадцатилетие более чем в 20 раз.

Таким образом, на пути создания мощного экономического потенциала на Луганщине были достигнуты весомые результаты, в основе которых был тяжелый труд рабочих. Тоталитарный ре­жим, осуществляя коммунистический эксперимент, достиг круп­ных успехов, по сути осуществляя эксплуатацию трудящихся и подменяя достойное материальное стимулирование труда идео­логическим давлением и карательными, репрессивными мерами.

С введением новой экономической политики началось бы­строе возрождение сельского хозяйства. После проведения в

Крестьяне села Ивановка везут іфодовольственньш налог государству

(Начало 20 гг.)

1921 г. земельной реформы конфискованную у помещиков землю передали тем, кто ее обрабатывал крестьянам. На Луганщине они получили в свое распоряжение дополнитель­но почти 420 тыс. десятин. В Старобельском уезде тогда каж­дая семья получила по 2,5—3 десятины на каждого едока. Земельный банк под залог части земли выдавал крестьянам займы на приобретение посевного зерна, рабочего скота, сель­скохозяйственного инвентаря. Большинство крестьян в этих условиях отошло от антисоветского повстанческого движе­ния и вернулось к мирной жизни.

Однако в том же году сильная засуха привела к неурожаю: средняя урожайность зерновых культур на Луганщине составила всего 10—12 пудов с десятины. Следствием этого стал продо­вольственный кризис и голод. В 1921—1923 гг. голод на Луган-щине, и в целом в Донбассе, приобрел значительные размеры. И хотя в декабре 1921 г. официальные власти в условиях растущей смертности вынуждены были признать его существование, по-прежнему в Россию, в голодающее Поволжье продолжал выво­зиться украинский хлеб, в том числе и со Старобельщины.

Заинтересованность крестьян в своем труде, оптимистичес­ки воспринявших новую экономическую политику, позволила преодолеть хозяйственные трудности. В 1925 г. в крае был до­стигнут уровень 1913 г. по основным производственным по­казателям, а по посевным площадям превзойден. Валовой сбор зерновых в Луганском округе составил 24,2 млн. пудов, в Ста-робельском 25,9 млн. Приближались к довоенному уров­ню показатели по развитию животноводства.

Крепкие хозяева, кооперируясь по 7—10 дворов, покупали в совместное пользование необходимую сельскохозяйствен­ную технику, вместе сооружали мелкие перерабатывающие предприятия. Менее зажиточные объединялись в товарище­ства по совместной обработке земли (ТОЗы), артели, комму­ны. К концу 1926 г. только в Луганском округе насчитывалось уже 111 коллективных хозяйств, в числе которых была 1 ком­муна, 64 артели и 35 ТОЗов. В Старобельском округе к этому времени было 175 машинно-тракторных товариществ, 18 ме­лиоративных и более 70 других сельхозкооперативов.

Такие формы сельской кооперации быстро выявили свои преимущества. Однако с началом коллективизации все радуж­ные мечты крестьян потерпели крах. В планах коммунистичес­кого переустройства села не находилось места ни для кресть­янина-единоличника, почти не зависящего от государства, ни для кооперативов, в хозяйственной самостоятельности и юри­дической свободе которых режим усматривал угрозу абсолю­тизации своей власти на селе, откуда любой ценой необходи­мо было выкачать средства для индустриализации.

В 1927 г. вновь была введена обязательная сдача государ­ству по твердым ценам всех «излишков» хлеба и других про­дуктов. У тех же, кто не справлялся с заданиями, каждый раз увеличивавшимися, отбирали дома, хозяйственные построй­ки, скот. С принятием в 1929 г. решения об ускорении коллек­тивизации в республике (ее планировалось завершить за 1,5— 2 года) кампания по созданию колхозов и раскулачиванию при­обрела формы прямого произвола.

Однако давление на крестьянство (в Ровеньковском районе, например, суд приговаривал крестьян к различным срокам тю­ремного заключения за отказ вступать в колхозы) не помогало, значительная его часть в колхозы идти не хотела. Такая картина не удовлетворяла верхи, и 1 февраля 1930 г. правительство СССР приняло постановление «О мероприятиях по укреплению социа­листического переустройства сельского хозяйства в районах сплошной коллективизации и по борьбе с кулачеством». Выпол­няя его требования, сельские советы Луганщины поделили крес­тьян на кулаков первой, второй и третьей категорий, середняков и бедняков. Потом выделили еще подкулачников. Кулаки первой категории выселялись за пределы Украины, второй — из сел на выселки, третьей — в хаты-развалюхи бедняков.

Недовольство крестьян проводимой на селе политикой не ограничивалось словами. В 1929 г. в Старобельском округе было зарегистрировано 30 террористических актов убийств, поку­шений на убийство, поджогов имущества сельских активистов.

Старожилы Старобельщины свидетельствуют, что в каж­дом селе раскулачивали более половины дворов, а выселяли от 12 до 22 семей. Количество сел в округе в начале 30 х гг.составляла около 600. Таким образом, пострадали тысячи се­мей, в которых зачастую было по 10 и более детей.

Оказавшись в безвыходном положении, крестьяне вынуж­дены были вступать в колхозы. К весне 1930 г. в Старобельс-ком округе из 83,5 тыс. крестьянских хозяйств было объеди­нено 51 тыс., или 61,1 %. В Луганском округе было коллекти­визировано около 43 % крестьянских хозяйств. А уже летом 1931 г. Луганщина отрапортовала Киеву: коллективизация в основном завершена, нею охвачено 84 % крестьянских хо­зяйств (к этому времени были созданы 801 колхоз и 15 совхо­зов). В отдельных районах этот показатель был еще выше: в Сватовском — 98,5 %, Новосветловском — 86 %.

Но подавляющее большинство колхозов были мелкими и эко­номически слабыми. Коллективизация привела к резкому паде­нию производительности сельского хозяйства. На протяжении 1930—1932 гг. сбор зерна уменьшился почти вдвое. Этого все же хватало, чтобы прокормить местное население, однако союз­ное правительство продолжало требовать выполнения непомер­ных планов хлебозаготовок. И уже в конце 1932 г. начался голод. Апогея он достиг зимой и весной 1933 г., когда после конфиска-ционных обысков крестьяне были лишены всего съестного. На Луганщине, как и по всей Украине, были многочисленные случаи людоедства; обезумев от голода, родители ели собственных де­тей. Вымирали целые села, а поиски и изъятие продовольствия продолжались. По данным исследователя Р. Конквиста, от голо­да в Донецкой области умерло 15—20 % населения. Наиболее страшным голод был в Верх-нетепловском, Новопсковском, Старобельском, Беловодском и Рубежанском районах.

Голод 1932—1933 гг. имплантировал в сознание крестьянства на несколько поколений вперед социальный страх, политическую апатию, пассивность. Село стала разъедать и глубокая моральная эрозия: зажиточные крестьяне лишились всего того, что было ими нажито нелегким трудом, а всех колхозников уравняли нищенскими трудоднями, лишив естественного стремления «выбиться в люди».

Терроризируя село голодомором и понимая вместе с тем, что его сталинизация ведет к вымиранию украинского кресть­янства, партийно-государственное руководство стремилось в

Село Дьяково. Первый комбайн на полях колхоза имени Ленина . 1939 год.

Страницы:
1  2  3  4  5  6  7  8  9  10  11  12  13  14  15  16  17  18  19  20  21  22  23  24  25  26  27  28  29  30  31  32  33  34  35  36  37  38  39  40  41  42  43  44  45 


Похожие статьи

А С Ефремов, В С Курило, И Ю Бровченко - История луганского края учебное пособие