А С Ефремов, В С Курило, И Ю Бровченко - История луганского края учебное пособие - страница 5

Страницы:
1  2  3  4  5  6  7  8  9  10  11  12  13  14  15  16  17  18  19  20  21  22  23  24  25  26  27  28  29  30  31  32  33  34  35  36  37  38  39  40  41  42  43  44  45 

Хозяйственный уклад населения катакомбной культуры По-донцовья можно определить по находкам из захоронений, но го­раздо надежней это можно сделать по материалам из поселений. К сожалению, они изучены слабо, полностью раскопанных еще нет. Назовем поселения, которые все же дали определенную ин­формацию о хозяйстве периода раннего металла: с.Трехизбенка Славяносербского района, с.Проказино Старобельского района, еще пять поселений обнаружены в Кременских лесах: Серебрян-ское, Алешин Ручей, Кайдашино, Межручейное, Песчаное. Все они датируются примерно XVIIIXVII вв. до н.э. (38-37 веков тому назад). Индикаторами в определении их хозяйства явились около 5 тыс. костей животных от 126 особей. Какие же здесь были животные домашнего стада, а какие промысловые?

С учетом полной определяемости, 109 особей из них: быки — 42 особи (38,5 %), козы, овцы — 14 особей (12,8 %), до­машние свиньи — 16 особей (14,6%), лошади — 17 особей (15,5 %), собаки — 4 особи (3,6 %). Дикие животные от бобров и лис до оленей благородных, а также медведи, туры, кабаны — всего 16 особей (14,6 %). Преобладание на всех по­селениях в костных остатках взрослых особей, крупных живот­ных свидетельствует о хорошей кормовой базе животноводства и оседлости. Находки костей бурого медведя, лося, лесного кота свидетельствуют о наличии даже «дремучих» лесов.

Под хозяйственной жизнью людей следует понимать и раз­личные производства, ремесла, промыслы. Источниками на­ших знаний о ремеслах служат погребения, так как умершему клали те изделия, которые он изготовлял, и инструменты, с помощью которых он работал. Например, в захоронениях ли­тейщиков находят их инструментарий (литейные формы, тиг­ли, льячки, сопла, формовочная глина, воск, мел, абразивы). Сейчас в арсенале археологической науки степного Левобе­

5 3режья более 30 погребений литейщиков, из них половина при­ходится на Донецкий край, и это не случайно, ведь территори­ально он примыкает к южным кавказским зонам древних раз­работок цветных металлов. Оттуда на Северский Донец могли поступать готовые литые вещи, проникать опыт металлообра­ботки, сырье (лом), необходимые материалы (сплавы брон­зы). С Кавказа, по мнению ученых, шел и металл для изделий и готовые изделия. Подтверждением служат удивительные бронзовые вещи, сделанные литьем и ковкой, а найдены они в катакомбных захоронениях Подонцовья.

Среди предметов, сделанных из цветных металлов, уникаль­ными являются бронзовые литые топоры, их в Луганской об­ласти найдено не более 5 экз., поэтому каждый не только само по себе уникальное изделие, но и надежная информация о древ­нем производстве и культурных контактах.

Традиционно литые топоры, найденные в Подонцовье, свя­зывали с кавказским импортом, почти не привлекая сведений о находках литейных форм-матриц, по которым они могли быть изготовлены. По данным на 2000 г., в Донецком крае найдено несколько десятков форм-матриц.

О местном производстве топоров свидетельствуют погре­бения древних металлургов. Одним из примеров является за­хоронение литейщика у с.Пришиб Славяносербского района. В катакомбе найдена форма, по которой можно было изгото­вить топор с широким, слегка выгнутым лезвием и выпукло-вогнутым корпусом. Такой же вид у топоров из п.Беловодск и из с. Никаноровка Сватовского района.

Таким образом, краеведческая литература, касающаяся начала формирования Донбасса как горнопромышленного региона, за бортом истории оставила огромный пласт истории развития метал­лургии, возникшей здесь задолго до XVIII в. Признаки этого про­изводства обнаружены в 60—70-х гг. XIX в. и подтверждены в начале XX в. материалами Бахмутских медных рудников. О потен­циальных возможностях нашего края в деле развития металлооб­работки свидетельствуют наличие полиметаллов, разведанных в районе Нагольчанского кряжа, признаки металлоплавильных печей на Старобельщине у с.Проказино, литейные формы из с.Пришиб,литые топоры из п.Беловодск, сел Никаноровка и Розовка. Однако окончательно утверждать, что сплавы, из которых отлиты топоры, происходят из Бахмутско-Нагольчанских рудосодержащих место­рождений, нельзя. Более того, эти сплавы ближе к мышьяковой кавказской бронзе. Видимо, в 3 — начале 2 тыс. до н.э. здешняя металлургия базировалась на сырье из Кавказа.

Более подробно остановимся на «загадочных» явлениях в истории племен ранних металлов Подонцовья, имевших отно­шение к древним языческим сакральным обрядам. К разгово­ру о них нас побудили три факта, часто встречаемые в ката-комбных захоронениях: 1) присутствие красной краски охры в могилах; 2) декоративное оформление погребальных камер; 3) курильницы, оставленные в захоронениях наряду с другим заупокойно-погребальным инвентарем. Начнем с материаль­ных предметов сакрального назначения — курильниц.

Внешне они относятся к числу изделий из глины, поэтому их в литературе часто называют «чашами на поддонах», а в археологи­ческой терминологии просто курильницами (рис. 14). Для чего же нужна была курильница? Естественно, для обрядовых магических

действий, совершаемых древними язычниками в моменты захоронений, и у нас пока нет представлений о практике обряда при земном укладе жизни людей. Ее местонахождение погребальная камера, сопутству­ющие ей материалы древесный жар, в который могли подсыпать се­мена и травы с эфирными маслами, Рис- подливать ароматную жидкость. При

их испарении или выгорании исходили ароматизированные пары, дым, смог. Их задача состояла в том, чтобы очистить погребаль­ную камеру и душу умершего от злых, вредоносных духов. Оче­видно, идея очищения имела место и в отношении жилищ.

Стенки курильниц специально были очень прочные, тол­стые, так что даже при падении культовая вещь не должна была разбиться. На курильницах в верхней части или в поддоне про­деланы отверстия, в связи с этим возникает предположение,что, возможно, они подвешивались с помощью шнура, про­детого сквозь эти отверстия, в жилищах.

О религиозно-магической (сакральной) принадлежности ку­рильниц свидетельствуют не только их технический вид, но и художественно-семантическая (смысловая) сторона, напри­мер, крестообразность поддона, загадочность, замыслова­тость и изысканность орнаментальное™ (рис. 14).

Здесь, видимо, находят воплощение элементы мировосприя­тия, понимания, человеком того времени устройства мироздания, отраженные в символах, изображающих небо, землю, мужское и жен-ское начало, древо жизни, космические светила, огонь, ка­лендарные циклы. Например, схематическое изображение древа жизни ствол с раздвоенным вверху изображением мужского начала в виде пары рогов быка, барана, женское начало изобража­лось в виде ромба, овала. Единство мироздания огонь, земля, воздух и вода — могли быть воплощены в четырехлепестковых розетках, крестах. Наиболее прочное место в миропонимании древних людей занимал огонь (Солнце). Вероятно, поэтому ку­рильницы несли на себе не только символику огня, но и практику его применения путем заполнения их горящими углями.

Некоторые изображения на курильницах и кубках можно связать с календарем. Например, четыре лопасти, четыре вы­ступа, вероятно, отображают четыре времени года, семь выс­тупов или меандровых спиралевидных диска вокруг креста — возможное количество дней, сменяющих фазы Луны, бу­дущие недели. Известны изображения двенадцати лопастей. Возможно, это двенадцать лунных месяцев, фиксирующих один год. И хотя прочтение древних идеограмм выглядят не более чем гипотезами к картинам религиозно-мифологичес­ких и реальных сторон познания мироздания древними людь­ми, но в них заложены основы будущей цивилизации.

Теперь остановимся на функциях охры в захоронениях ка-такомбной культуры.

В погребальном обряде степных племен Подонцовья, на­чиная с энеолита и на протяжении всего раннего и среднего бронзового века, часто применялась красная природная мине­ральная краска, именуемая в обиходе охра. В эпоху поздней

5 6бронзы она уже очень редка, а в погребениях железного века и вовсе не встречается. Следовательно, основными культура­ми, использовавшими в погребальном обряде охру, были ям­ная и катакомбная. Но и в самих ямных и катакомбных захоро­нениях ее применяли не одинаково, да и цвет был различным. В ямных погребениях использовали различные цвета, от оран­жевых до желтых и коричневатых оттенков, в катакомбныхяркого алого цвета. Цветовые различия это результат раз­личных технологий и источников получения минерала. Разно-цветие также не случайность, и оно определяло разные сим­волы. Например, красная краска и угли, встречаемые в захоро­нениях, — символы огня, а мел (известь) — символ очище­ния (чистоты), следовательно, эти материалы несли идею очи­стительной силы.

Такая трактовка сближает погребальные обряды ямно-ка-такомбной культуры с древними арийскими традициями; оди­наковым является то, что в охре арийцы воплощали идею кро­ви. Отсюда брал начало древний обычай приносить в жертвы животных или людей, а их кровью опрыскивать умершего или могилу перед захоронением.

При раскопках следы охры обычно фиксируют в несколь­ких разновидностях: в виде охристой подсыпки по дну всей камеры или только под скелетом, а также под отдельными его частями (ногами, руками, головой), в виде так называемого «окрашивания» костей, что означает посыпку охристым по­рошком всего тела умершего, в виде ограниченных пятен охры вокруг умершего, в виде комков (кусков) охры, причем здесь присутствуют как бесформенные, так и обработанные формы.

Редко, но все же практиковалась даже роспись охрой плит-стел, которыми закрывали вход в катакомбу, наконец, ею окра­шивали стены катакомб.

«Художественное оформление» погребальных камер осу­ществляли несколькими приемами. Первый прием — частич­ная окраска стен, сводов камеры. Второй прием — нанесение полос-линий на дне камер порошковидным составом охры, мела, золы. Третий прием — декорирование камер посредством изображения ступней ног человека.

5 7

В этой связи интересны находки стоп в катакомбных по­гребениях в ур. Зеленая Роща и с.Гончаровка. Стопы могли находиться у входа в камеру или ближе к изголовью погре­бенного. Как правило, катакомбы, в которых обнаружены сле­ды стоп, не стандартные, их площади колеблются от 4 до 9 кв. м. В катакомбах с меньшей площадью обычно изображена одна стопа, а в самых больших — их бывает даже четыре. В этих же могилах замечено увеличение количества погребаль­ной тризны и инвентаря. В чем смысл этих изображений?

Археологи считают, что идеи что-либо изображать происхо -дят из практики ямной культуры. Уже тогда люди знали и приме­няли порошковую живопись. Правда, порошок для устойчивос­ти соединения с каменной фактурой скульптуры могли разводить на жировой основе. Художественный прием с применением по­рошка называется «техника ранголи», и ее можно наблюдать в изображении полос на дне могил. Этнографы отмечают, что даже теперь индо-арийцы украшения и знаки исполняют в технике ран-голи: наносят символы возле порога, при входе в жилище. По­гребальная камера была своеобразным «вечным жилищем» умер­шего, поэтому неслучайно стопы изображены у входа в нее.

Самой уникальной и пока что единственной находкой, име­ющей отношение к декоративному оформлению камеры, счи­таем ту, что обнаружена в 1974 г. в кургане у пос.Тошковка Сла­вяносербского района. Внутри погребальной камеры, в специ­ально вырезанной нише, сохранился барельефный портретный образ пожилого бородатого мужчины с драматическим изоб­ражением лица, с широко открытым, будто «кричащим» ртом.

Социальные устройства обществ того времени определя­ем посредством изучения погребений. Определенное значе­ние в этом вопросе следует уделять погребениям детей раз­личных возрастных групп, от младенцев до подростков и юно­шей. Все они как бы навсегда остались в «мире детства», но нельзя не заметить, что общество по-разному относилось к детям различных возрастов и по мере возмужания каждому было определено свое место. По захоронениям, посредством изменения обрядов и наборов сопровождающего их инвента­ря, удается проследить механизм подготовки ребенка и под­

5 8ростка к статусу взрослого. Определим признаки, характери­зующие разновозрастные детские захоронения.

Большинство детских погребений являлись индивидуальными, но известны случаи парных захоронений детей (с. Преображенное) или семейные погребения детей и взрослых (с.Гончаровка).

Над захоронениями детей, как и взрослых, возводили или досыпали курган (курганы).

В детских захоронениях ямной культуры, по сравнению с катакомбными, обычно больше инвентаря, в них кладут аму­леты — астрагалы, украшения, горшки и детские горшочки, но почти нет орудий труда, тем более оружия. Причины при­сутствия вещей амулетированного и оберегового направления ученые видят в том, что ребенок не обладал системой соб­ственной защиты, а поэтому взрослые, естественно, стреми­лись обеспечить ему «спокойное» загробное существование посредством оберегов. К тому же ребенок без прохождения обрядов инициаций (возрастных обрядов посвящения) не был допущен и включен в категорию взрослых.

Для большинства детских индивидуальных погребений ха­рактерно обильное применение охры или других минеральных красок. Их использовали при выделении границы входа и са­мой могилы, для окраски ног, головы, рук.

В ряде детских погребений охра встречается в виде шари­ков, «хлебцов», вырезанных из нее малых емкостях типа ладо-нок. Охру могли класть у головы в мешочках из кожи.

Как об исключительно редком обряде детских захоронений следует сказать о погребении в «колыбели», когда был обнаружен скелет ребенка в возрасте до 1,5 лет, который лежал в сплетенной из прутьев лозняка и лыка корзине — подобии детской колыбели.

Итак, археологические источники, имеющие отношение к за­хоронениям детей и младенцев, показывают, что социализация в древних обществах намечается уже в раннем возрасте и продол­жается на протяжении постепенного взросления человека. Антро­пологические данные свидетельствуют о следующей половозра­стной структуре захоронений: подростковые составляют от 13 до 20 %; взрослые, соответственно, — 80—87 %, причем, мужские до 50 %, женские — 30—35 %. Погребения названных струк­

5 9тур выглядят далеко не одинаково, в частности, это касается набо­ров вещей и усложнений погребальных конструкций. С их учетом все захоронения подразделяются на три возрастные группы.

Детские и подростковые, среди них детские ранней ступе­ни развития (от 2—3 до 12 лет); для них характерны минималь­ные размеры и, следовательно, небольшие затраты на строи­тельство могильных ям.

В захоронениях средней и старшей возрастных групп (12—18 лет) начинают класть некоторые предметы в виде орудий труда из кремня (захоронения взрослых обычно характеризуются на­личием наборов вещей, орудий и оружия). Эти данные позволя­ют сделать вывод, что в хозяйственной жизни ребенок, даже под­росток, существенного участия не принимал.

Общественное положение ребенка определялось не толь­ко возрастом, но и статусом родителей или той группы, к ко­торой они принадлежали. Об этом убедительно свидетельству­ют погребения, в которых найдены скелеты с деформирован­ными черепами. Такой обряд был далеко не массовым, даже избирательным, и распространялся лишь на определенную и очень ограниченную часть общества, в котором, видимо, уже было принято «передавать» и «наследовать» определенные функции. Деформированный череп с последующей реконст­рукцией образа подростка найден в кургане в г.Луганск. Уже с детства, а тем более в зрелом возрасте, человек внешним ви­дом головы выделялся из всех других: его череп искусствен­но удлинен кверху. Его общественное положение, видимо, так­же было неравнозначным с другими членами общества.

Таким образом, приведенные данные свидетельствуют о существовании в тогдашних обществах определенных поло­возрастных групп, что и отражено в их погребальных обрядах и инвентаре. Время протекания процессов, изложенных нами, в диапазоне XXVIIIXX вв. до н.э.

Поздняя бронза в археологии и истории нашего края

В начале прошлого века В. А. Городцов, обобщив резуль­таты своих раскопок на Северском Донце, впервые в отече­ственной науке установил последовательность развития куль­тур бронзового века степного юга Восточной Европы. В его периодизации на третьей по времени культурной позиции по­ставлена срубная культура. Структура, разработанная В. А. Го -родцовым, выдержала испытание временем и сейчас, спустя без малого 100 лет, остается неизменной в определении при­знаков степных культур юго-востока Украины.

Как и другие культуры бронзового века, срубная культура выделена в основном по погребениям и сосудам из них, отли­чающихся банковидной или, реже, острореберной формой. За­хоронения выполнены в грунтовых ямах, нередко оформленных камнем или деревом в виде сруба, в каменных ящиках. Устрое­ны они в предматерике или в насыпях древних курганов.

Последующие исследования позволили более точно опре­делить ареал распространения срубной культуры, ее эволюцию и варианты (типы).

Особенно много таких памятников в степных массивах По­донцовья. Обнаруженные поселения в этом вопросе информа­ции нам пока не дали, так как из 750 местонахождений поздней бронзы частично раскрыты только четыре (села Провалье, Сте-пановка, Капитаново, Проказино), но некоторая информация о размещении поселений поздней бронзы нами все же накоплена. Большинство их разместились по берегам рек, на пространстве от 200 до 500 м и в глубь поля не более чем на 100 м. Для них характерна «гнездность», т.е. несколько поселков сконцентриро­ваны на небольших участках. Материал разведанных поселений показал, что одна часть памятников относится к культуре много-валиковой керамики, другая к памятникамраннесрубного, или покровского периода, третья соответствует позднемноговалико-вому периоду, но наибольшее количество относится к развитому и позднему этапам срубной культуры. Среди находок на поселе­ниях срубной культуры наблюдаются признаки как абашевской (из Поволжья), так и сабатиновской (из Побужья) культур.

Таким образом, в Подонцовье известны поселения как мини­мум четырех культур, датируемых в хронологическом диапазоне от XVII до VIII вв. до н.э. Определились оптимальные географи­ческие условия, на которых племена поздней бронзы обустраи­вали бытовые поселения. Для нашего края ими были в основном пойменные долины рек. Например, на Айдаре сконцентрированы

6 1поселения различных культурных типов, но более всего берега были освоены раннесрубным населением в XV—XIV вв. до н.э.

Многоваликовцы (XVI—XV вв. до н. э.) обжили реки Камыш-ная (с. Стрельцовка, с.Великоцк), Айдар (с. Осиново, с.Шульгин-ка), Боровая (с.Кудряшовка, с.Епифановка), Красная (г.Свато-во, пос. Нижняя Дуванка). Остановимся на наиболее интерес­ных культурах нашего края второй половины 2 тыс. до н. э.

Абашевская культура является отголоском культуры Волго-Урала, ее признаки находим на поселениях у с.Шульгинка на р.Ай-дар, с.Капитаново на р.Ольховая, пос.Петровка на р.Евсуг. Погре­бения зафиксированы в курганах у сел Пришиб, Николаевка, Бах-мутовка, Погорелово, на восточной окраине г.Луганск, в Нижней Бараниковке, Петровке, что на р. Айдар. Всего расчищено около 20 захоронений с сопровождающими их абашевскими сосудами.

Абашевская керамика однотипна и выразительна. Это круп­ные плоскодонные горшки, поверхность стенок которых как сна­ружи, так и внутри заглажена пучком травы, образуя линии-бо­розды, в ряде случаев видны крупнозубчатые штампы гребенки.

Особую группу древностей составляют памятники культуры многоваликовой керамики. Определена она по посуде со специ­фическим налепным валиком, опоясывающим по горизонтали поверхность сосуда. «Валиковую» орнаментацию отнесли к от­дельной культуре, которая не соответствовала ни катакомбным, ни срубным традициям. Так возникло понятие культура много-валиковой керамики (КМК). Археологическими исследовани­ями, проводимыми на Северском Донце, установлено, что зна­чительная часть погребений в так называемых срубах в Подон-цовье принадлежит культуре многоваликовцев. Они раскопаны у г. Кременная, с. Погорелово, г. Кировск, с. Бараниковка, с. Тре-хизбенка, с.Астахово, г.Александровск, г.Червонопартизанск, с. Провалье, с. Благовка и многих других местах. О количестве поселений этой культуры в нашем крае судить трудно, но по пред­варительным данным их около 150. Они равномерно рассредо­точены по долинам рек бассейна Северского Донца, несколько меньше их в Донецком кряже. Примером может служить посе­ление у с.Проказино возле г.Старобельск на берегу р.Айдар. Здесь в древности население строило глубокие, до 1,2 м, полу­землянки прямоугольной формы и проживало в них. Площадь жилищ могла быть различная, от 70 до 120 кв. м. Внутри жилищ большое количество ям различных размеров и глубин, среди них следует выделить ямы для опорных столбов. Общее их ко­личество исчисляется от 30 до 45, они и образуют деревянный каркас жилища.

В жилище находились ямы хозяйственного назначения, не­сколько очагов открытого типа; вокруг них обычно сосредо­точена большая часть керамики, развалы и фрагменты сосу­дов. Керамика как раз и составляет основную часть находок.

Важной частью жизни населения является хозяйство. Раз­мещение поселка у приречных, орошаемых паводковыми во­дами террас способствовало занятиям как земледелием, так и домашним скотоводством.

О земледелии свидетельствуют данные споро-пыльцевого исследования почвенных образцов из заполнений жилищ, а так­же отпечатки зерен в глине сосудов и особенно обмазке жи­лищ. В то время культивировали просо, меньше рожь, пшени­цу. Овес и ячмень занимали промежуточное место в рейтинге сельскохозяйственных культур. Почему именно просо широ­ко практикуют древние земледельцы, объяснить несложно. Оно хорошо переносит высокие температуры и засуху, для его посадки нет необходимости тщательно обрабатывать поле, глубоко рыхлить почву, из проса получали высокопитательные продукты, оно легко перерабатывалось в муку, а самое мел­кое зерно порой даже не нуждалось в помоле.

Из орудий, предназначенных для сельского хозяйства, найдены костяные и каменные мотыги клиновидной формы, размером в пределах 7—8 см и длиной до 15 см . Находят также костяные лопаты высотой 23—24 см и шириной лезвия 15—16 см, их зак­репляли на деревянную основу держак. На поселениях попада­ются обломки кремневых, бронзовых и даже костяных вклады-шевых серпов. Ими, вероятно, срезали только верхушки растений, т. е. колосья. К зерноперерабатывающим относятся зернотерки, ступки, в которых толкли просо. Причем измельчение зерна в ступ­ках было куда более продуктивной технологией переработки зла­ков, чем их растирание. Экспериментальные опыты по размолу зерна

6 помощью зернотерок убедили в трудоемкости ручного муко­мольного занятия. Оказывается, что за день работы можно было смолоть на муку только 2—3 кг зерна. Вот почему зернотерки — не очень массовые находки на поселениях бронзового века.

Значительное место в хозяйстве занимало скотоводство, охота, рыбная ловля.

Состав домашних животных на поселениях Северского Дон­ца по фаунистическим данным (т. е. костям животных) выглядит следующим образом: бык до 53 %, овца, коза — 28-28,5 %, свинья — 11 %, лошадь — 6 %, собака — 2 %. Состав диких животных: кабан — 72 %, заяц — 7-7,5 %, косуля — 3 %, олень — 3 %, остальные животные не более 1,5 %. Сопоставляя костные останки домашних и диких животных, ученые конста­тируют, что 85 % мяса получали от домашних животных и только 15 % — от диких особей. Причем среди домашних животных явно преобладает крупный рогатый скот мясного направления.

Охота как вторая важная отрасль мясного производства возникала сама по себе в силу благоприятных природных ус­ловий. В долинах рек бассейна Северского Донца тогда, види­мо, были обширные леса, в которых водились крупные живот­ные: олени, лоси, но больше всего кабанов, так как кости это­го животного составляют более 70 %.

Еще совсем недавно в археологической науке считалось, что за культурой многоваликовой керамики следует срубная культура. Теперь появилось суждение о том, что прежде чем сложилась по-настоящему срубная культура, в Подонцовье был предсрубный период с памятниками так называемого покров­ского типа (XV XIV вв. до н.э.). В нашем представлении памятники покровского типа это своеобразное «позднее представительство» на юго-востоке Украины, в особенности на Северском Донце, абашевских древностей из донско-вол-жского региона.

Итак, познакомившись с историей края в досрубное время (XVI-XIV вв. до н.э.), отметим, что и в данный период истории миграции из доно-волжского массива на Северский Донец и дальше к Днепру, через степи Подонцовья, продолжаются.

Какими методами осуществлялись миграции, т.е. переез­ды на столь значительные расстояния? Археологически дока­зано, что при передвижениях масс населения уже тогда актив­но использовались транспортные колесные средства. Учиты­вая, что колеса были спицными, а тягловой силой являлись кони, они сделали возможным установление быстрых мобиль­ных контактов даже между существенно удаленными уголка­ми Старого Света. Начиная примерно с XVIIIXVII вв. до н.э., степи и лесостепи Восточной Европы покрываются нитями дорог, соединявшими Восток и Запад. Они начинались в При-уралье и через степи и лесостепи Северского Донца уходили дальше в центр Украины и даже на Дунай.

Страницы:
1  2  3  4  5  6  7  8  9  10  11  12  13  14  15  16  17  18  19  20  21  22  23  24  25  26  27  28  29  30  31  32  33  34  35  36  37  38  39  40  41  42  43  44  45 


Похожие статьи

А С Ефремов, В С Курило, И Ю Бровченко - История луганского края учебное пособие