П В Білоус, Г М Вокальчук - Наукові записки серія філологічна випуск 26 - страница 26

Страницы:
1  2  3  4  5  6  7  8  9  10  11  12  13  14  15  16  17  18  19  20  21  22  23  24  25  26  27  28  29  30  31  32  33  34  35  36  37  38  39  40  41  42  43  44  45  46  47  48  49  50  51  52  53  54  55  56  57  58  59  60  61  62  63  64  65  66  67  68  69  70  71  72  73  74  75  76  77  78  79  80  81  82  83  84  85  86  87 

Учитывая все сказанное, можно разделить антропонимные основы, отражающиеся в ойконимах в XVIII-XIX вв., на две группы:

© Жарикова М. В., 2012а) соотносящиеся с личными именами и одновременно агионимами;

б) соотносящиеся с фамилиями, не связанными своим происхождением с христианским именником.

В первую группу входят основы имен: Петр-, Александр-, Иван-, Михайл-, Павел-, Федор-, Никол-, Степан-, Василий-, Константин-. Филипп-. Дмитрий-, Георгий-, Никит-, Семен-, Анн-, Варвара и нек. др.

Частотность антропонимной лексики в составе ойконимов региона в ХУШ в., исходя из данных, приведенных В.Д. Бондалетовым в научном труде "Русская ономастика" [1, c. 34-36], представлена следующим образом: Ан­дрей- (4), Анн-(а) (3), Александр- (9), Алексей- (4), Андриан- (1), Афанасий- (3), Варвар-(а) (1), Василий- (5), Гав­риил- (1), Георгий- (3), Григорий- (2), Давид- (1), Дмитрий- (3), Денис- (1), Елизавет-(а) (1), Елен-(а) (1), Иван- (8), Исак- (1), Карл- (1), Катерин-(а) (2), Кирилл- (2), Константин- (4), Кузьм-(а) (2), Марьй-(а) (1), Макар- (1), Ни­кит- (3), Никол-(а) (6), Михайл-(о) (8), Ольг-(а) (1), Павел- (6), Петр- (16), Прасковьй-(а) (1), Сергей- (1), Семен-(3), Софий-(а) (1), Степан- (5), Тихон- (1), Федор- (6), Филипп- (4), Яков- (3).

Как видно, наиболее повторяющиеся основы совпадают с частотными личными именами [1, с. 115] и с име­нами высокочтимых святых (ап. Петр, ап. Павел, св. Николай Угодник, Михаил Архангел, св. блгв. Александр Невский, св. Иоанн Креститель, св. Иоанн Златоус, св. Иоанн Богослов, св. Георгий Победоносец, св. Василий Великий, св. Андрей Первозванный, св. Екатерина, св. Варвара, св. Параскева (вар. Прасковия).

С течением времени репертуар ЛИ, отраженных в ойконимах, расширяется. В середине ХГХ в. их насчитывается 109 (87 мужских и 22 женских, в то время как в конце ХУШ в. их было соответственно 31 и 9). К этому времени значительно возрастает и количество ЛИ, отраженных лишь в одном названии: среди мужских имен насчитывается - 42, среди женских - 3. По два раза отражены 14 мужских и 4 женских (в конце ХУШ в. их было соответственно 9 и 7) [4, c 16-18]. В начале ХХ в. в ойконимах региона отражаются основы 137 мужских и 30 женских имен. Количество имен, отраженных по одному разу, - 63 и 8; по два раза отражены 18 мужских и 2 женских имени. Наибольшая частотность присуща в это время основам Александр- (65), Николай- (53), Петр-(48), Иван- (45), Василий- (28), Михайл- (26), Федор- (18), Алексей- (18), Марья- (24), Екатерин- (24), Елизавет-(16), Анн- (15), Елен- (11).

Столь существенное возрастание названий, содержащих основы личных имен, обусловлено активным ис­пользованием фамилий, содержащих указанные основы, а также ойконимов при образовании названий типа Но-во-Андреевка, Мало-Александровка, Ново-Марьевка.

В целом в данной группе названий наблюдаются две тенденции:

1) расширение репертуара отражаемых личных имен, особенно мужских;

2) рост частотности некоторых личных имен.

Основным фактором, порождающим эти процессы, является вовлечение в ойконимную номинацию все боль­шего количества фамилий, содержащих такие основы, в известной мере непосредственно личных имен, а также ойконимов (при создании названий типа Мало-Алексеевка, Ново-Васильевка, Мало-Еленовка и под.). В совокуп­ности эти две тенденции упрочивали ойконимопроизводящий потенциал антропонимных основ [5, c. 101].

Аналогичное накопление основ и расширение их состава наблюдается и в группе ойконимов, которые со­относятся с фамилиями, не связанными своим происхождением с христианскими личными именами. Здесь тоже наблюдается повторяемость и неповторяемость основ; повторяемость обусловлена однофамильностью, принад­лежностью селений одному и тому же владельцу, отойконимным происхождением.

К таким относятся, например, д. Штеровка< И. Штерич;д. Милютиновка< кап. Милютинов; д. Родаково< кап. Г.И. Родаков;д. Миоковка - кап. Миокович; с-цо Сентовское - подполковник П. Сентенин; д. Шабельковка - капитан Шабельский; д. Мечебелова - ген.-майорша Мечебелова; д. Панокристова - капитан Панокристов [7, с. 148, 157, 153].

Ойконимы, соотносящиеся с местными топонимами, начали возникать с самого начала освоения территории края. К таким топонимам относятся:

1) названия рек - Донец, Тор (> Торец), Бахмут (>Бахмутка), Айдар, Ольховатка, Булавин, Лугань, Луганчик, Миус, Белая, Беленькая, Подгорная >Донецк, б. Подгорное;

2) названия поселений - Бахмут, Бахмутовка, Айдар, Белое, с. Ольховатка, с. Булавинская, с. Берека, с. Боровенька, с. Северское (< Северский Донец), д. Лугань, д. Макатиха, д. Мечетная, д. Бахмутская, с. Желтое, д. Макатицкая, д. Торец, д. Камышеваха, д. Торецкая, Крымская Яма, Крымское (в последних двух названиях отражается хороним Крымская сторона, с помощью которого обозначали земли, входившие в состав Крымского ханства. Ср: "На рубежі ХУ-ХУТ вв. середня течія Сіверського Дінця стає природною межею між Великим кня­зівством Московським і щойно створеним на руїнах Золотої Орди Кримським ханством. Відтоді лівий бік Дінця в російських джерелах часто називається "московським", згодом "російським", а правий - "кримським"" [7, с. 6].

В середине XIX в. к перечисленным названиям добавляются новые - с. Жеребец, д. Верхний Жеребец, х. Верхний Жеребец, с. Казенноторское (оно же Торско-Алексеевское), х. Миусский, с. Корсунь, д. Грузская (Ка­пустина), д. Грузская (Плещеево), с. Луганское, х. Луганский, д. Бондарная, д. Мокрая,д. Солонцоватая, х. Тер-сянский, х. Пещаный (на балке Песчаной), Пустынка (на пруду Пустом), Серебрянка, Скотоватое, Ямполовка (при протоке Ям), Беленькая, Белокузьминовка, х. Новые Ступки (при р. Ступки), Садок (на р. Садки), Вольно-ваха (Бугас) и нек. др. Данное накопление ойконимов упрочняет стереотип использования в ойконимной номи­нации разнообразных топонимов. В это время отмечаются ойконимы, отражающие в своём составе дистактно расположенные топонимы. Например, кол. Белые Вежи (ср. ойконим Новая Беловеж, Влдр.; хутор, носивший это название, был снят с административного учета во 2-й половине ХХ в.); д. Миргородовка, д. Александрия, д. Иллирия, х. Афинеус, д. Польша, д. Персия.

К началу ХХ в. отмеченное контактно-дистактная соотнесенность ойконимов проявляет себя большим коли­чеством единиц: увеличивается количество ойконимов, отражающих инотерриториальные топонимы: Швейца­рия, Калужское, Уральский, Суджанский, Византия, Астраханский, Задунайский, Уманский, Полтавский, Пол­тавка, Новополтавка, Больше-Черниговка, Харьковский, Таврия, Таврический, Кантемировский, Ново-Киевка, Херсонский, Цимлянский [8, c. 25].

В начале ХХ в. функционирует значительное количество ойконимов с формантами Ново- и Мало-. Все они но­сят отойконимный характер и возникать стали еще в XVTII в., однако в это время их было немного. Объективные причины для актуализации данного ойконимного типа наступят позже, в конце ХГХ в., когда станут создаваться выселки, отруба, мелкие хутора.

Ойконимы, содержащие основы геортонимов, агионимов, стали возникать с самого начала освоения террито­рии края. Это была привычная модель называния селений. В XVIII в. с агионимами соотносятся ойконимы Пер-возвановка (ап. Андрей Первозванный), Петропавловка2, Верхняя Петропавловка, Петропавловская (ап. Петр и Павел), Георгиевка2(св. Георгий Победоносец), Катериновка (св. Екатерина), Варваровка(св. Варвара), Святод-митриевская (св. Дмитрий Солунский), Нижняя Петровка (ап. Петр). С геортонимами соотносятся ойконимы Успенское (< Успение Божией Матери), Воскресеновка (< Воскресение Христово), Троицкая, Троицкое (< день Святой Живоначальной Троицы), Вознесенская (< Вознесение Господне), Преображенская (< Преображение Господне), Рождественское (< Рождество Христово), Покровское (< Покров Пресвятой Богородицы). Сназва-нием иконы "Знамение" соотносится ойконим Знаменское. В этом же референтно-смысловом поле существует и ойконим Богородичное [4, c. 58].

К середине ХГХ в. данная группа пополняется новыми единицами. Часть из вновь возникших названий вклю­чает в свой состав основы, уже освоенные к началу ХГХ в. - Петропавловское, Петропавловка Верхняя, Пе­тропавловская Нижняя, Воскресенка, Воскресеновка, Успенск, Покровское3, Знаменка, Знаменовское, Троицкое, Троицкая, Рождественка, Преображенка, Вознесенка; другая часть соотносится с новыми основами: а) агиони-мов - Спасо-Михайловское, Богородицкая, Богородицкое, Пречистенское, Предтечесенская (Иоанн Предтеча), Ивановское, оно же Крещенское (Иоанн Креститель), Архангельское (Архангел Михаил), Златоустовское (св. Иоанн Златоуст), Звановка (ап. Андрей Первозванный); б) близких к агионимам апеллятивов - Апостольское, Всесвятское; в) геортонимов - Сретенское, Встретинская (Сретенье Господне), Зачатьевское (Зачатие Пре­святой Богородицы), Воздвиженка2 (Воздвижение Креста Господня), Святодуховка (Сошествие Святого Духа), Благовещенка (Благовещение), Богоявленское, Богоявленская, Богоявленка (Богоявление), Крещенское (Креще­ние Господне), Веденское (Введение Богородицы во храм);

г) названий икон - Иверское (икона Божией Матери "Иверская").

К перечисленным названиям примыкают ойконимы Христовое, Крестовая, Церковная, содержащие основы апеллятивов, связанных с важными понятиями православного мировоззрения.

В начале ХХ в. рассматриваемая группа названий насчитывает 125 единиц [8]. Среди них отмечаются на­звания, возникшие на базе ойконимов: Ново-Знаменовка, Ново-Звановка, Ново-Покровка2, Ново-Воздвиженский, Ново-Преображенский, Ново-Стретенка, Ново-Троицкая, Ново-Троицкое2, Ново-Троицкий2, Ново-Явленский, Мало-Покровка.

В коннотационно-смысловом отношении все эти названия представляют собой яркую примету досоциалис­тического периода в жизни государства. Поэтому вполне естественно, что в 20-е годы ХХ в. начинается про­цесс планомерной замены этих названий, как несоответствующих новой атеистической идеологии. В конце ХХ ст. функционирует в официальной сфере Троицко-Харцызск, Петропавловка, Амвр.; Покровка, Амвр.; Успенка, Амвр.; Звановка, Арт.; Покровское, Арт.; Воскресенка, Внс.; Новотроицкое, Влнв.; Благовещенка, Влнв.; Зача-товка, Влнв.; Златоустовка, Влнв.; Знаменовка, Влнв.; Новотроицкое, Дбрпл.; Предтечное, Кнст.; Воздвижен­ка, Крарм.; Новотроицкое, Крарм.; Успеновка, Крарм.; Преображенка, Крарм.; Троицкое, Крарм.; Вознесенка, Мар.; Пречистовка, Мар.; Успеновка, Мар.; Веденское, Наз.; Иверское, Алдр.; Знаменовка, Наз.; Никольское, Наз.; Новознаменовка, Наз.; Спасско-Михайловка, Наз.; Новоявленка, Наз.; Новоиверское, Наз.; Богородичное, Слав.; Троицкое, Слав.; Никольское, Слав.; Вознесенка, Стбш.; Зачатовка, Шахт.; Троицкое, Ясин.; Новопокров-ское, Ясин.; Архангельское, Ясин. Они составляют 3% от общего количества ойконимов [4].

Изучение базового ойконимикона Донетчины как составной части топонимного пространства юго-восточнойУкраины (так же, как и названия селений сопредельных районов бывшей Слобожанщины и Земли Войска Донского) позволяет, по нашему мнению, глубже понять процессы именования географических объектов на территориях с поздним их заселением и с еще слаборазвитыми топонимными пространствами.

Список условных сокращений

Алдр.

Александровский р-н Донецкой области

Амвр.

Амвросиевский р-н Донецкой области

Арт.

Артемовский р-н Донецкой области

Влнв.

Волновахский р-н Донецкой области

Внс.

Великоновоселовский р-н Донецкой области

Дбрпл.

Добропольский р-н Донецкой облаксти

Кнст.

Константиновский р-н Донецкой области

Крарм.

Красноармейский р-н Донецкой области

ЛИ

личное имя

Мар.

Марьинский р-н Донецкой области

Наз.

Новоазовский р-н Донецкой области

НП

населенный пункт

Слав Стбш. Шахт. Ясин.

Славянский р-н Донецкой области Старобешевский р-н Донецкой области Шахтерский р-н Донецкой области Ясиноватский р-н Донецкой области

Литература:

1. Бондалетов В. Д. Русская ономастика / В. Д. Бондалетов. - Москва : Просвещение, 1983. - 224 с.

2. Бучко Д. Г. Кілька уваг про принципи номінації в ойконімії України / Д. Г. Бучко // Ономастика та етимологія : зб. наук. праць на честь 65-річчя Ірини Михайлівни Желєзняк. - Київ : Інститут української мови, 1997. - С. 13-23.

3. Громко Т. В. Географічні терміни як твірні основи топонімів Кіровоградщини / Т. В. Громко // Українська оно­мастика. - Київ : Інститут української мови НАН України, 1998. - С. 43-49.

4. Донецька область : Адміністративно-територіальний поділ на 1 березня 1988 р. - Донецк : Донбасс, 1988. -

183 с.

5. Ермолович Д. И. Имена собственные на стыке языков и культур : заимствование и передача имен собственных с точки зрения лингвистики и теории перевода / Д. И. Ермолович. - Москва : Р. Валент, 2001. - 200 с.

6. Инструкция по русской передаче географических названий Украинской ССР. Утверждена ГУГК 16. 02. 1971 г. - Москва : Известия, 1971 (сфера действия общеобязательная). - 34 с.

7. Пірко В. О. Заселення Донеччини у XVI-XVIII ст. : короткий історичний нарис і уривки з джерел / В. О. Пірко. - Донецьк : Східний видавничий дім, 2003. - 180 с.

8. Список населенных пунктов Донбасса. Итоги сплошной подворной переписи Донецкой губернии (январь -февраль 1923 года). - Харьков : Донбасс, 1924. - Т. VI. - 512 с.

УДК81'367.625.5=11

Захарченко Н. І.,

Житомирський державний університет імені Івана Франка

МОРФОСИНТАКСИЧНІ ТА СЕМАНТИЧНІ ХАРАКТЕРИСТИКИ НАПІВМОДАЛЬНИХ ДІЄСЛІВ НІМЕЦЬКОЇ МОВИ

У статті аналізуються напівмодальні дієслова німецької мови як граматикалізовані оператори епістемічної модальності. Увага акцентується на їх морфосинтаксичних та семантичних характеристиках.

Ключові слова: напівмодальні дієслова, домінація, командування, домінуючі дієслова, статус дієслова, нефі-нітна комплементація, евіденційність.

В статье анализируются полумодальные глаголы немецкого языка как грамматикализированные операторы эпистемической модальности. Внимание акцентируется на их морфосинтаксических и семантических характе­ристиках.

Ключевые слова: полумодальные глаголы, доминация, командование, доминирующие глаголы, статус глагола, нефинитная комплементация, эвиденциальность.

Semi-modal verbs of the German languageas grammaticalized operators of epistemic modality are analyzed in the article. Their morphosyntactic and semantic characteristics are emphasized.

Key words: semi-modal verbs, dominance, command, dominant verbs, status of verb, non-finite complementation, evidentiality.

У поле зору пропонованого дослідження потрапили дієслова німецької мови scheinen, drohen, versprechen, pflegen, які належать до класу напівмодальних дієслів (Halbmodalverben). Варто зазначити, що статус цього класу дієслів ще залишається відкритим, питання про розмежування напівмодальних дієслів (Halbmodalveben) та дієслів модальності (Modalitatsverben) активно досліджується на сучасному етапі розвитку лінгвістичної думки. Проблематиці напівмодальних дієслів присвячують свої наукові розвідки такі вчені-германісти як Г. Хельбіг, М. Рейс, Г. Дівальд, Й. Буша, Р. Мюллер, Т. Кісс, Г. Бех, П. Айзенберг, Дж. О. Аскедаль, Е. Генчель, У. Енгель, Х. Вейнріх та ін. Метою даної статті є аналіз напівмодальних дієслів scheinen, drohen, versprechen, pflegen як граматикалізованих операторів епістемічної модальності.

Виокремлення дієслів scheinen, drohen, versprechen, pflegen у клас напівмодальних стає можливим завдяки їх спільним морфосинтаксичним та семантичним ознакам. Таку комбінацію дієслів уперше виявимо в наукових студі­ях П. Айзенберга. Він характеризує ці дієслова як домінуючі (Anhebungsverben); як такі, що є операторами модаль­ності суджень (propositionsmodale Operatoren); такі, що керують другим статусом; що виступають обов'язковими компонентами когерентних (від лат. cohaereo - бути зв'язаним, узгодженим)дієслівних конструкцій [7].

Від модальних дієслів вони відрізняються:

- тим, що керують II статусом (модальні ж I статусом);

- або виступають домінуючими дієсловами або мають цей варіант прочитання (модальні ж є командуючими дієсловами);

- орієнтовані на суб'єкт.

Поняття дієслівного статусу було введено датським лінгвістом Гунаром Бехом [2]. У своїй праці "Studien tiber das deutsche Verbum infinitum" (1955, 1957) дослідник мови системно та повно аналізує німецькі дієслова, що керу­ють певним статусом (statusregierende Verben). Статус нефінітного комплемента (від лат. complementum - доповне­ння) залежить від вершини, яка виконує селектуючу роль. Саме здатність вершини вимагати від аргументів певної форми і є статусним керуванням, його можна порівняти з відмінковим керуванням. Розрізняють три незмінні ді­єслівні форми, які можна охарактеризувати як дієслівний статус в залежності від ступеню граматикалізації:

Страницы:
1  2  3  4  5  6  7  8  9  10  11  12  13  14  15  16  17  18  19  20  21  22  23  24  25  26  27  28  29  30  31  32  33  34  35  36  37  38  39  40  41  42  43  44  45  46  47  48  49  50  51  52  53  54  55  56  57  58  59  60  61  62  63  64  65  66  67  68  69  70  71  72  73  74  75  76  77  78  79  80  81  82  83  84  85  86  87 


Похожие статьи

П В Білоус, Г М Вокальчук - Наукові записки серія філологічна випуск 26