П В Білоус, Г М Вокальчук - Наукові записки серія філологічна випуск 26 - страница 50

Страницы:
1  2  3  4  5  6  7  8  9  10  11  12  13  14  15  16  17  18  19  20  21  22  23  24  25  26  27  28  29  30  31  32  33  34  35  36  37  38  39  40  41  42  43  44  45  46  47  48  49  50  51  52  53  54  55  56  57  58  59  60  61  62  63  64  65  66  67  68  69  70  71  72  73  74  75  76  77  78  79  80  81  82  83  84  85  86  87 

Представляется, что такие исследовательские усилия укладываются в рамки коммуникативной и когнитивной лингвистики текста. Следовательно, мы можем полагаться на работы многих ученых, в частности Г.В. Колшан-ского, о тексте как коммуникативной единице [1], а также на достижения гуманистического подхода к общению, введенного А. Маслоу [6], поскольку в этих первоисточниках подготовлены необходимые взгляды и понятия для достижения всего намеченного в предлагаемой сейчас работе.

Выработанные представления привели к нескольким стадиям анализа англоязычного авторского текста, на которых обнаружились любопытные случаи функционирования интересующих нас лингвистических явлений. При этом оказалось, что авторский текст представляет собой чуткую семантическую ткань, тотчас отвечающую на доминирование в ней неисчисляемости над исчисляемостью. Помимо этого, массивное предпочтение одного из этих англоязычных лингвистических механизмов можно рассматривать как авторский поступок в достижении определенного содержательного эффекта.

Обнаруженный в анализе смысловой ход писателя, позволивший многочисленные случаи неисчисляемых существительных, внешне выглядит отклонением от англоязычной культурно-лингвистической традиции. А имен­но, многовековой опыт преподавания и практики англоязычного творческого письма, а также выучка в написании университетских исследований и оформлении документов, впечатляют энергичными усилиями не допускать нагро­мождения неисчисляемых и абстрактных форм или же плавно переходить от таковых в конкретность исчисляемых существительных. Такие старания, считается, придают тексту похвальную стройность и слаженность мысли.

Следующий фрагмент свидетельствует о противоположных предпочтениях англоязычного автора, для чего, несомненно, существуют некие причины, разобраться в которых нам предстоит. Жирный шрифт выделяет неисчисляемые формы, точечное подчеркивание означает дополнительные языковые возможности в передаче расплывчато-неопределенного смысла.

1.1. Иллюстративный материал: отрывок из оригинального текста

(1) "'The spirit ofParis,' B. said, touching her hand on the table. American division. What'll itbe to. drink?'

(2) 'Tea, please.. I'm so glad to. see you..'

(3) 'Tea?' B. made a face. 'Anything wrong?'

(4) 'No, Ch. shook her head. I just want tea.'

(5) ''That's a hell of a drinkto welcome a traveler home on.' B. said.

v/ J •••••••• ••••

(6) ''With lemon, please.', Ch. said.

(7) B. shrugged, and ordered one tea from the waiter.

(8) ''How was E.?' Ch. asked.

(9) ' Was I in E.?' B. stared at Ch., enjoying her face.

(10) ''That's what it said.in the papers..'

(11) ' Oh, yess,' B. said. 'A new world struggling to. be.born,' he said, his voice deep and expert. 'Too late for feudalism, too. early for democracy.'" [9, с.628].

В этом фрагменте, объемом приблизительно на 500 символов, 12 случаев неисчисляемых существительных. Более того, кроме названной категории, в разной мере неопределенным смыслом обладает ряд других грамма­тических форм, использованных в этом же месте с той же целью, как-то: инфинитив, безличное "it", неопреде­ленное местоимение, пассивный глагол, собирательное множественное число, восклицание. Для чистого соотно­шения, извлечем из анализируемого отрывка все, что не несет переводимый смысл, т.е. пунктуацию, служебные слова и пробелы. Получаем следующий исследовательский документ.

1.2. Иллюстративный материал: экспериментально препарированный текст

(-\

spmtParisBsaidto uchinghe rha ndtableAmericandiyision itbe dri nkTea pleaselgladseeyouTeaBmadefaceAnythingwronglp^wantteaThathelldrinkwelcome traveierhomeBsaidWithiemonpieaseChsaidshruggedorderedoneteawaiterEChaske dIEBstaredChenjoymgherface ThatitsaidpapersBxaidnewiVorldstrugglmgbomhexa dhisvoicedeepeypertlatefeudalismearlydemocracy »

332 символов по знаменательным словам : 163 символов по всем употребленным возможностям выражать неопределенный смысл, что составило = 49%

Рис 1. Карта условного соотношения массы смыслонесущих знаменательных слов относительно массы слов со смыслами, тяготеющими к неопределенности.

Возникает вопрос, зачем англоязычному писателю, профессионально владеющему пером, допускать такой каскад неисчисляемости, подкрепленной другими грамматическими формами, подобным образом не отличаю­щимися конкретным смыслом? Ведь тем самым его текст, в духе английского понимания творческого письма, теряет ясность и стройность содержания. Об этом не мог не знать автор.

Воздерживаясь от преждевременных выводов, продолжим наблюдения в некоторых дополнительных видах содержательного анализа, показывающих "семантическую анатомию" избранного отрывка.

1.3. Карты абстрактных / собирательных и конкретных понятий для разных персонажей

Составляя подобные аналитические документы, мы получаем возможность наблюдать степень потребнос­ти англоязычного писателя в понятиях, которые выражаются неисчисляемыми существительными в сочета­нии с другими грамматическими возможностями в области неопределенно-расплывчатого смысла.Данный текстовый фрагмент, представленный буквенными символами, сигнализирующими об использовании писателем абстрактных/собирательных и конкретных понятий, слагает предлагаемую далее конфигурацию. При этом поня­тия, маркированные как конкретные могут включать также те, которые передают речевое и неречевое поведение персонажей, для чего имеется "курсивноеподчеркнутое К", и те, которые означают конкретныевещи с "прямым К".

Рис. 2. Карта сравнения преобладающих конкретных коммуникативных проявлений персонажа "Он" с речевым поведением персонажа "Она", главным образом, высказывавшегося абстрактно или отдаленно и туманно.

Он

Они

(1 KICK А К    # ^

(2) AAA

(3) АКА        # ^

(4) АКА А

(5) АААААК  # ^

(6)ААК

(7) КККК

 

(9) АКК ^

■^(8) АК

(11) AAJlAAAA" АААА М

гф(10) AAA

Рис. 3. Карта сравнения речевой инициативы персонажей, что обозначено уходящей стрелкой, и ситуативного реагирования, отмеченного обращенным острием. Персонаж "Он" более конкпетен и активен в обращении, чем пепсонаж "Она".

Он:

4.К К КЛ\ИК±±±І.І.АККК ККЛККААКААККАААА

( 33 понятия: из них А 18, а К 15 )

Рис. 4. Карта реплик "Он": чередование абстрактных понятий "А" с конкретными "К"

 

 

Она:

AAAAJTA АААЯАГААА (15 понятий: из них А 12, я К 3 )

 

Рис. 5. Карта реплик "Она": чередование абстрактных понятий "А" с конкретными "К".

Как это видно по Рис. 2. — Рис. 5., персонаж "Он" значительно чаще прибегает к конкретным понятиям, это совпадает с его речевой инициативой. Персонаж "Она", наоборот, предпочитает неопределенность и больше уступает инициативности, чем ее проявляет.

Данный анализ представил количественную и качественную картину употребления абстрактных и собирательных понятий в избранном англоязычном тексте. Такие результаты не противоречат прямому под­счету 12-ти случаев употребления неисчисляемых существительных в исследуемом материале. По сравнению с другими текстами, что изложено в еще одной статье, находящейся в данный момент в издательской работе, такая повышенная частотность неисчисляемых существительных впечатляет. Более того, это кажется, с первого взгляда, противоречит развиваемой в публикации [2] теме про английскую культурно-лингвистическуютради-циюизбегать употребления большого количества неисчисляемых, а при их необходимости в тексте переходить в дальнейшем к исчисляемым, дающимконкретный смысл.

Количественные и качественные показатели, представленные в осязаемых схемах (Рис. 1—5), обращают на себя внимание. Все же исчерпывающего объяснения этого явления, замеченного в содержании англоязычного текста, пока нет. Представляется, что путь к пониманию лежит через череду содержательных анализов в области авторских параметров, что мы предлагаем далее. Тем временем, последующие сценарии коммуникативных дей­ствий каждого персонажа обеспечат точку опоры для такой обработки материала.

2.1. Сценарий активных коммуникативных действия персонажа "Он"

<<1. Отмечает ее эффектную внешность... его обращенные к ней слова... его прикосновение... слова о ней как соотечественнице... хочет знать ее выбор напитков этого вечера; 2. Удивление ее легкому повседневному напит­ку... неодобрение мимикой... подозрение о препятствиях в отношениях; 3. Напоминание о традициях встречать путешественников... его обращенные к ней слова; 4. Его движение плечами, характерное для непонимания... его уступка ее выбору напитка; 5. Его удивление ее выбору безличной темы... он пристально рассматривает ее лицо, которое ему нравится; 6. Его легкое согласие о неважных в тот момент вещах; 7. Его пародия на официальный тон международных сообщений... неофициальное звучащее мнение о социальных явлениях (А18 /К15)>>.

2.2. Сценарий активных коммуникативных действия персонажа "Она"

<<1. Выбор спокойного повседневного напитка; 2. Общая фраза приветствия; 3. Уклончиво о том, что нет сложностей в их хороших отношениях; 4. Спокойная настойчивость в выборе простого напитка вместо более праздничных и привычных для них при подобной встрече; 5. Отклоняет укоризненную шутку, продолжая наста­ивать на чае, укрепляя свое мнение деталями, какой чай; 6. Прямо обращается к нему... задает безличный дале­кий от цели встречи вопрос; 7. Прямо обращается к нему; 8. Безлично ссылается на официально опубликованные сведения о нем(А12 /КЗ) >>

Наблюдения на этапах 1.1 - 1.3.Рис. 2 — 5), а также 2.1. - 2.4. дают основания судить о представленных людях как о выразителях характерного содержания в их специфической проблемной ситуации. А вернее, мы можем видеть в персонажах "Он" и "Она" двух творцов как бы соприкасающихся, но отдельных историй, каждая из которых слагается из совокупности индивидуальных суждений и невербального поведения, состоявшихся в изображенной ситуации общения. Такие персональные проявления в данном произведении, взятые вместе, разумеется, получают писательскую жизненную логику. Так, "Она" повествует собственный "рассказ" на тему, скрываемую, но просвечивающуюся в ее речевом поведении, символично названную нами": "Я желаю встречи, но пришла, чтобы расстаться с тобой". Он же, наоборот, сообщает нам историю с условно названной нами темой: "Я пришел на встречу, чтобы побыть с тобой.

2.3. Ролевые колебания позитивных и негативных смыслов в избранном фрагменте.

Вычленяя в каждом из упомянутых ролевых "текстов" две ведущие ситуативные мысли, мы получа­ем своего рода противостоящие "арии", которые исполняют персонажи. Обе "арии" представляют события в разных ракурсах и касательно только фрагмента нашего наблюдения (См: 1.1.). "Большие сценарии" для каж­дого лица в диапазоне целого текста, естественно, также можно будет определить. Они прозвучат полнее и с неожиданными элементами смысла при дальнейшем разборе, как всего текста, так и избранного отрывка, в свете авторских параметров. При взгляде на Рис. 6., основные ощущения происходящей ситуации мужчиной и жен­щиной представлены в закавыченных предложениях. Ниже, символы между двумя острыми скобками означают индивидуальные позитивные или негативные настроения, переживаемые участниками в меру успеха или неуспе­ха их контакта при встрече.

«Он»:  «Я пришел на встречу, чтобы побыть с тобой» « + + + + +-----+ — + +-->>

«Она»: «Яжелаю встречи, но принта, чтобы расстаться с тобой»

« ± ±---± ± — >>

Рис. 6. Колебания смыслов удовлетворенности "+", неудовлетворенности "—" и скрытой неудовлетворенности "±" при исполнении каждой "арии".

Как это видно из протоколов ситуативных сценариев 2.1 и 2.2., "Он" творит свой коммуникативный текст достаточно качественно и контактно, стремясь по законам англоязычного мира уходить от неопределенности - к конкретности. Исключением в плане контактности можно считать последние из исследуемых строк (См. : 11 реплика), которые вылились в общие понятия, звучащие как шутливый протест, венчающий все неудачныепопытки и уступки персонажа ради достижения искомой задушевности. Персонаж "Он" искренен, и его текст согласуется с просвещенной англоязычной нетерпимостью к неопределенности высказываний.

Персонаж "Она", наоборот, "пишет" текст своей ситуативной коммуникативной роли риторически некаче­ственно; разумеется, что при такой оценке ясное изложение мысли остается непреходящей ценностью. Дама грешит неискренностью и потерей великодушия, а слова, которые она произносит, не соотносятся с тем, что ее волнует. Таким образом, писатель сознательно создавал эффект нагроможденной неопределенности.

Даже после этапа изучения текста, открывшего расхождение мыслей и слов женского персонажа как причину наблюдаемой неисчисляемости, нельзя считать данную текстовую ситуацию окончательно объясненной. Исклю­чительно в пределах избранного фрагмента недостаточно понятным представляется, зачем писателю ставить персонаж "Он", которому он отдает свои симпатии и гуманистический акцент, в коммуникативное нелепое по­ложение. Персонаж "Он" выслушивает со стороны партнера "Она" коммуникативно-неэффективное поток слов, который едва ли его удовлетворяет, и все же не покидает ситуацию общения сразу.

В таких аналитических затруднениях приходят на помощь воззрения А. Маслоу, в соответствии с которыми текст свидетельствует о движении духовности, свойственной человеческой самореализации в соприкосновении с другими людьми. Следовательно, анализ содержания по авторским параметрам, как-то: авторский взгляд, голос, тон, динамика, вкус и позиция, способен проложить прямые пути к изучению заложенного в тексте смысла. Тем самым исследование интересующей нас корреляции языковых средств исчисляемости и неисчисляемости в зави­симости от авторской потребности в них получает дополнительный свет.

3.1. Анализ англоязычного фрагмента с учетом авторских параметров

Абсурдное противостояние, лежащее в основе рассматриваемого фрагмента, а именно: "Япришел на встре­чу, чтобы побыть с тобой" и "Я желаю встречи, но пришла, чтобы расстаться с тобой", рассеивается, если текст рассматривать по авторским параметрам, слаженно срабатывающим только на всем протяжении с 1 - 191 абзац. Тогда более обоснованным становится отношение к совокупности реплик и речевому поведению женского персонажа, который еще в большей степени выглядит риторически "некачественно", поскольку исходный толчок к подобным проявлениям по гуманным меркам недостойный. О соответствующем писательском ходе можно утверждать, что это компетентный прием, поскольку автор знает, как держать под контролем и свои языковые ресурсы, и изображаемую коммуникативную ситуацию, осознавая при этом совместную работу всех составляю­щих ее компонентов.

3.1.1. Параметр авторский взгляд:

Широкие жизненные горизонты персонажа "Он" прочерчиваются между континентами и культурами, среди опасностей, напряжения и недостаточного комфорта. Автор пристально наблюдает за человеком, осмысляющим свое одиночество и перспективу немолодых лет, хотя многочисленные приятели, коллеги, и просто незнакомые прохожие не покидают его мысли. Калейдоскоп личных сцен в местах, где культурному, образованному и об­щительному человеку радостно и свободно и, конечно, картины, когда он вместе с ней, счастливо разделяющей подобные часы ("an ornament to the wondering and troubled years of the second half ofthe twentieth century"), слагаются либо из прошлого общения пары, либо как предвкушение предстоящей, и ставшей неудачной и последней, встречи.

3.1.2. Параметр авторский голос:

Автор рассчитывает, что его слова вызывают уважение к персонажу "Он", а авторский голос вливается в реплики изображенного человека. "Он" - профессионал на международной службе. К своей даме относится искренне, но в пределах отдельных встреч и в меру того, насколько она того желает. В будущее не заглядывает; стремясь к ней, восхищается ею, уважает и ценит ее, не злоупотребляя ее восторженностью. Он способен нравит­ся, ей с ним интересно, он чуток к смыслам слов и наблюдателен к людям, но становится независим и неуступчив в том, что для него важно, а жертвовать своими профессиональными интересами не способен.

Из-за этого в его отношении к персонажу "Она" есть запретная тема семейной перспективы, которая обходит­ся в словах неопределенного смысла. Все же "Он" не выглядит непорядочным человеком, обманывающим жен­ские ожидания, поскольку с самого начала их отношений заложил правила игры, в пределах которых держался открытым, честным, чутким, любящим и следил за собой, чтобы слова при встречах не будили между ними образы матримониального плана. Персонажа "Она", по всей видимости, это устраивало, или она создавала вид, что это так.

Оберегая подступы к недопустимой теме с первых слов приветствия, как это в анализируемом нами фрагмен­те, "Он" шутками предупреждает свою даму, что у них каждый вечер как первый и последний. Из-за этого "Он" пользуетсясредствами навеивать неопределенность, включая неисчисляемые, именно в связи с невозможностью для них заглядывать в будущее. Во всем другом, этот персонаж вполне риторически конкретен.

3.1.3. Параметр авторский тон:

Все сказанноеавтором о персонаже "Он" несет тонально окрашенный смысл, что проверяется по эмоциям, с которыми мужчина воспринимается. Теплой волной растекается раскрепощенная любезность человека, пере­жившего чувство облегчения после хорошо исполненного дела - сгущается грусть при мысли о перспективе немолодых лет - ощущение иностранца в другой стране - легкая ирония вместо сентиментальности - сдержан­ность и ровность, когда начинает говорить чувство собственного достоинства. Он критичен в отношении к само­му себе, в особенности при нелепой встрече с соперником, но соотечественником, с кем он вынужден общаться усилиями своей бывшей дамы.

3.1.4. Параметр авторская динамика:

Коммуникативная динамика, положенная в основу текста, ниспадает до полного разрушения ситуации. На этом фоне персонаж "Он" выглядит человеком способным контролировать ход общения, но тогда, когда для этого есть разумная почва. Такие его качества проявляются в поступательных, серийных попытках корректиро­вать развитие событий в направлении своего сценария. Он не настаивал на отношениях с дамой, но контакта неразрушал, поддерживая и упрочивая связующую нить, покуда отношения имели смысл. Ситуацию разрушила персонаж "Она", постепенно подводя к полному разгрому всего хорошего, что связывало двоих людей.

3.1.5. Параметр авторский вкус:

Вкус можно объяснить как авторское предпочтение моделей поведения и отношения к окружающей действи­тельности по причине, что такой выбор красив, гуманен и возвышает человека над разрушительными страстями.

Персонаж "Он" достаточно последовательно проявляет вкус воспитанного и мужественного человека, ценя­щего истину и жизнерадостность, любит свое дело и иногда позволяет себе изысканно и культурно отдохнуть. Обладает чувством собственного достоинства, целеустремленный в общении, открыт и правдив, посему свобо­ден от терзаний совести.

Персонаж "Она" допустила несколько поступков, противоречащих хорошему вкусу в отношениях с окружающими.

3.1.6. Параметр авторская позиция:

Мужчина - профессионал достоин уважения, при этом человеческое достоинство неприкасаемо, а человек, испытывающий радость жизни, насколько то позволяют обстоятельства, притягателен. Женщину, позволившую себе месть на фоне исполнения мужчинойпрофессиональных обязанностей, следует простить и забыть.

3.2.Каждый из авторских параметров целого текста в узком проявлении на протяжении избранного отрывка

Данный обзор уточняет, как соотносится каждый из авторских параметров, наблюдаемый в пределах анализи­руемого отрывка, отмеченного повышенной авторской потребностью в неисчисляемых существительных, в том числе в комбинациях с другими эффектами неопределенно-абстрактного смысла.

Ґ

Непсчшсляел&яе

Он

Она

 

spirit, division, tea, hell, drink, world, voice, fendaSsnt, democracy

tea, tea, lem on, E. - land

 

neutral "it", indefinite prononn,

papers, interjection, inf., interjection,

Другие способы,

wrong, inf., home, E. - land,

interjection,

 

interjection, passive inf., particles

nentral it

Рис. 7. Авторский выбор средств для создания эффекта неопределенности в ролевом тексте каждого персонажа

3.2.1. Ситуативный авторский взгляд VS неисчисляемые: Этот авторский параметр определяется неже­ланием персонажа "Она" открыто выразить известный ей факт окончания отношений с человеком, которого она сама вызвала на встречу; она продлевает слабую связь с некой целью.

"Он" безукоризненно исполняет принятый ранее между ними стиль отношений под условным названием "здесь, сейчас и в полной мере, не заглядывая ни в прошлое, ни в будущее", из-за этого встреча начинается с туманности восхищенного взгляда (spirit, division,tea, hell, drink), как при первом знакомстве. Это один из трех случаев потребности автора в неисчисляемых для, в целом риторически корректной, роли мужчины в данном фрагменте, другие подобные два связаны не столько с взглядом, сколько с ситуативным авторским голосом (См. дальше). Первая упомянутая, мужская "позитивная взглядовая" неопределенность, призвана послужить защит­ной счастливой пеленой, оберегающей коммуникативный контакт.

Страницы:
1  2  3  4  5  6  7  8  9  10  11  12  13  14  15  16  17  18  19  20  21  22  23  24  25  26  27  28  29  30  31  32  33  34  35  36  37  38  39  40  41  42  43  44  45  46  47  48  49  50  51  52  53  54  55  56  57  58  59  60  61  62  63  64  65  66  67  68  69  70  71  72  73  74  75  76  77  78  79  80  81  82  83  84  85  86  87 


Похожие статьи

П В Білоус, Г М Вокальчук - Наукові записки серія філологічна випуск 26