В Е Заика - Вклад сбс-инбюм в решение проблем биологической океанографии хх века - страница 1

Страницы:
1  2 

МОРСЬКИЙ ЕКОЛОГІЧНИЙ ЖУРНАЛ

К 135-ЛЕТИЮ ИНСТИТУТА БИОЛОГИИ ЮЖНЫХ МОРЕЙ НАН УКРАИНЫ

УДК 551.46:57.02

В. Е. Заика, чл.-корр. НАН Украины, вед. научн. сотр.

Институт биологии южных морей им. А.О. Ковалевского Национальной академии наук Украины, Севасто­поль, Украина

ВКЛАД СБС-ИНБЮМ В РЕШЕНИЕ ПРОБЛЕМ БИОЛОГИЧЕСКОЙ ОКЕАНОГРАФИИ ХХ ВЕКА

Представлен сжатый обзор истории развития исследований по биологической океанографии в институте (к 135-летию СБС-ИНБЮМ). В отличие от морской биологии, нацеленной на познание собственно биологиче­ских законов, биологическая океанография изучает соответствующие аспекты существования океана, его крупных экосистем. Показано, что наиболее важные работы обсуждаемого направления выполнены с помо­щью современного судна и современного оборудования. Перспективы биологической океанографии в инсти­туте тесно связаны с будущим научного судна «Профессор Водяницкий». Ключевые слова: биологическая океанография, история исследований, интересные задачи

Порученная мне задача обширна: под­готовить очерк о вкладе учреждения-юбиляра в решение проблем биоокеанографии. Могу предложить только беглый, пунктирный эскиз, указывающий на отдельные входы в проблему. Надеюсь, что последующие публикации внесут необходимые детали в общую картину.

Не уверен, что все поймут мой выбор тех разработок, которые будут обсуждаться. Поэтому позволю себе пространный термино­логический экскурс. Начну с провокационного вопроса: а решало ли вообще учреждение, на­званное сначала биостанцией, затем Институ­том биологии южных морей, какие-либо про­блемы биологической океанографии? (Кстати, годы появления СБС и термина «океаногра­фия» близки [7]).

У меня есть толстая книга на англий­ском языке, подаренная одним из её авторов, -«Биологические океанографические процессы» [20], третье издание. Первые два вышли в 1970-х годах, одно из них переведено на рус­ский   язык   под   названием «Биологическая

© В. Е. Заика, 2006

океанография» [12]. Такое название перевода возникло не случайно. Во-первых, дословный перевод заглавия на русском языке звучит уныло. Во-вторых, авторское введение начина­ется фразой: «Биологическую океанографию можно определить как изучение биологии океанов, включая пелагические и бентосные сообщества». Мы как раз этим и занимаемся, только обычно, так сказать, под другим «то­варным знаком». Кстати, в этой книге упоми­наются наши нынешние и бывшие сотрудники Л. М. Сущеня, Н. Н. Хмелёва, Т. С. Петипа, Е. В. Павлова, Г. Н. Миронов, Н. П. Макарова, В. Е. Заика, а также наши одесские коллеги Ю. П. Зайцев и З. А. Виноградова.

Так что, казалось бы, всё в порядке. Однако есть маленькое «но». В названии на­шего института «биология» - имя существи­тельное, а в термине «биологическая океано­графия» - прилагательное к ключевому слову. Ищем ключевое слово, например, в «Совет­ском энциклопедическом словаре» [16]: против слова    океанография    написано    - «см.

91

Океанология». Иными словами, есть, как гово­рят, некоторые сложности. Но об этом мне уже приходилось писать [7]. Впрочем, есть в Моск­ве и Океанографический институт (Гидроме­теослужбы).

Так чем же отличаются названия «мор­ская биология» и название «биологическая океанография (или океанология)»? По-моему, первое подчеркивает то, что мы, в конечном счёте, биологи. При желании можно даже ска­зать - чистые биологи. Второе же напоминает, что кроме биологической океанографии суще­ствуют ещё и физическая, и химическая, и гео­логическая и т.д. И мы, биологи, при этом -лишь часть целого. Иначе говоря, первое на­звание тянет нас к познанию законов собст­венно биологии, второе - нацеливает на общие законы жизни океана, его больших экосистем, роднит с другими разделами океанографии.

Несколько схематизируя картину, можно сказать, что в целом мы в ИнБЮМ мед­ленно и неровно смещались в ХХ веке от чис­той биологии к биоокеанографии (рис. 1).

Поначалу на СБС работали, пожалуй, преимущественно чистые биологи. Вместе с тем, выполнялись и хорологические работы (вспомним, к примеру, исследования Л. И. Якубовой, В. Н. Никитина), помогающие по­нять реакцию видов на особенности состояния среды в разных частях акватории. Здесь одной биологией не обойтись. На СБС появились гидрохимики и гидрологи. Сотрудники инсти­тута, работавшие при В. А. Водяницком, с уважением вспоминают его верных соратников - М. А. Добржанскую и Г. К. Богданову, и как ценных специалистов, и как яркие личности.

М о р с к а я б и о л о г и я

Биологическая океанография

1931

Начало работы на СБС В. А. Водяницкого (директор станции В. А. Зернов)

 

1962

Перевод МГИ в Севастополь

 

1963

Создание ИнБЮМ (директор В. А. Водяницкий)

 

1968 - 1977

Директор ИнБЮМ - В. Н. Грезе

1976 - 1977

Первые рейсы НИС «Профессор Водяницкий»

 

Морская биоло­гия

Биологическая океанография

Рис. 1 Этапы развития биологической океанографии в ИнБЮМ Fig. 1 Stages of the biological oceanography development in IBSS

Состояние нашей собственной, станци­онной окружающей среды кардинально изме­нилось в начале 1960-х, после превращения СБС в ИнБЮМ и появления в Севастополе Морского Гидрофизического института. Число сотрудников быстро росло, биологи в штате института все больше разбавлялись физиками, химиками, математиками, кибернетиками и т. д. Контакты с МГИ, особенно в рейсах на НИС   «Михаил   Ломоносов»,   приводили к мышлению масштабными круговоротами, трансатлантическими течениями. В МГИ нача­ли не только применять, но и создавать прибо­ры для исследования «полей» пелагиали, отче­го наши планктонологи и ихтиологи быстро стали настоящими биоокеанографами. Однако в МГИ не интересовались бенталью, не созда­вали соответствующей аппаратуры, и потому наши бентосники несколько отставали в поис­ках связей между распределением сообществи особенностями донной среды. Планктонисты же перестали работать в «проточной» (так назы­вали несколько лабораторий с проточной мор­ской водой) и наперебой стали записываться в физические рейсы (жизнь показала, что рейсовая окружающая среда гораздо благоприятнее для человека). Кстати, грубый тест на принадлеж­ность морских биологов к отрасли биоокеано­графии - это участие в длительных рейсах.

Но в море ходили многие, а потому вернемся к уже упомянутой зарубежной книге, переведённой как «Биологическая океаногра­фия». Её авторы последнюю главу назвали «Некоторые прикладные проблемы биоокеано­графии», в которой очень кратко обсудили проблемы морских загрязнений и рыболовст­ва, а львиную долю места в книге отвели об­щим вопросам функционирования больших экосистем. Последуем их примеру.

Итак, влияние физиков было велико. Впрочем, на нас также влияли коллеги из дру­гих институтов, с которыми мы плавали, в ча­стности, на кораблях ИОАН. Мы перенимали новые методы. Биологические пробы стали брать не на стандартных горизонтах, а с уче­том экстремумов на записях термобатиграфа, а затем и прозрачномера. Конечно, общий замы­сел рейса, маршрут и сетку станций обычно определяли физики, поэтому описывались планктон и нектон изучавшихся океанических структур, фронтов, течений и апвеллингов. Важно, что биологи при этом научились и привыкли мыслить океанографическими кате­гориями.

С этим багажом мы и начали работать на своём судне «Профессор Водяницкий» в 1976 г. Это славное судно именно сейчас за­служивает специального внимания: в этом го­ду ему исполнилось 30 лет. По-моему, это единственное из всех севастопольских НИС, сохранившее статус научного судна и физиче­скую возможность заниматься наукой (лебёд­ки, лаборатории и т. д.). В 20-м веке судно сделало 54 замечательных рейса, а к сего­

Морський екологічний журнал, № 4, Т. V. 2006

дняшней юбилейной дате общее число науч­ных рейсов перевалило за 60. Правда, в по­следние годы от института участвует в рейсах только одна инженерная группа от отдела ра­диобиологов, но выполняет серьезные океано­графические исследования.

Надо сказать, что необходимость ши­рокого (хочется добавить - биоокеанографиче­ского) подхода к изучению морских акваторий до конца своей жизни отстаивал Владимир Алексеевич Водяницкий, имя которого носит судно. В тексте его последнего доклада, подго­товленного к 100-летию ИнБЮМ, читаем: «Необходимо также отметить одну важную черту наших работ последних десятилетий. Основное внимание было сосредоточено на изучении широких пространств открытых вод, т. е. совокупности жизненных процессов в вод­ной массе данного моря в целом» [1]. Эти сло­ва написаны ещё до появления судна «Профес­сор Водяницкий», которое институт получил уже при директоре В. Н. Грезе, продолжившем ту же линию.

Наши исследования были весьма акту­альны для Минрыбхоза СССР, который наце­лил морской рыбный флот страны на поиски и разведку новых ресурсов Мирового океана, на освоение новых районов промысла. Это стави­ло перед нами задачи сравнительного изучения структуры и функционирования больших эко­систем, часто ранее никем не исследованных, оценку продуктивности районов, оценки запа­сов нектона и его кормовой базы. Попутно проводили изучение пищевых цепочек, от пер­вичной продукции до копепод и ихтиопланк-тона, рыб и кальмаров, оценивали физиолого-биохимические особенности основных звеньев экосистемы. Изучали также распределение разного рода загрязнений.

Вскоре новое судно было включено в состав экспедиционных кораблей для участия в важном крупномасштабном коллективном проекте «Южный круговорот» (имеется в виду Южно-Атлантический круговорот).

«Профессор Водяницкий» во 2-м рейсе направился в Южную Атлантику и впервые пересёк экватор. В дальнейшем судно ещё много раз пересекало экватор, как в Атлантике, так и в Индийском океане, но, пожалуй, в це­лом чаще работало в Атлантике [8].

Среди крупных проектов, выполнен­ных в ХХ веке на НИС «Профессор Водяниц­кий», упомянем только некоторые. Вспоми­наю, что Т. С. Петипа при обсуждении вопроса об организации нового отдела функциониро­вания экосистем делала заочные упреки В. Н. Грезе (рис. 2), руководившему отделом планк­тона, в хорологичности и географичности его

подхода к выбору тематики. Всё теми же сетями, дескать, берут пробы во всё новых аквато­риях.

Рис. 2 Чл.-корр. НАН Украины В. Н. Грезе Fig. 2 Corr. member of NAS of Ukraine V.N.Greze

Но теперь, оглядываясь назад, можно удивляться удачному выбору тематики В. Н. Грезе. Вспомним только названия подготов­ленных под его руководством монографий. Первая из них - «Биопродукционная система крупномасштабного океанического круговоро­та» [3] основана на большом количестве чело­веко-рейсов. Тогда ещё не было судна «Про­фессор Водяницкий», много сил было отдано организации рейсовых отрядов, координации работ, обработке и анализу результатов.

Затем, уже на НИС «Проф. Водяниц-кий», под руководством В. Н. Грезе выполнено пять рейсов по подводным поднятиям в Атлан­тике и Индийском океане, очень интересовав­шим рыбаков. Результаты были опубликованы 94

в сводке с многозначительным, с учетом на­шей темы, названием «Биоокеанографическая структура вод в районах подводных возвы­шенностей» [4].

Серия «ресурсно-экологических» рей­сов выполнена по темам Т. С. Петипа, А. В. Ковалёва, З. З. Финенко и Г. В. Зуева. Большой вклад в изучение экологической физиологии рыб и пелагических беспозвоночных внесли сотрудники отдела физиологии животных под руководством Г. Е. Шульмана. Результаты упомянутых исследований обобщены в солид­ных монографиях. Три рейса по обсуждаемой тематике были международными.

Материала было накоплено так много, что до сих пор продолжается публикация се­рий статей, особенно на английском языке, а недавно С. А. Пионтковский и Ю. Н. Токарев издали по содержательной книге [13, 17].

Если В. Н. Грезе и увлекался «геогра­фией», покрывая сеткой станций или пересекая разрезами огромные пространства, то Т. С. Пе-типа (рис. 3) предпочитала выбрать две - три характерных точки и выполнить на них много­суточную станцию, с детальным исследовани­ем физиологических свойств и пищевых связей

между звеньями сообществ, с учётом суточного хода процессов. При всем различии подходов оба исследователя выполняли доброт­ные океанографиче­ские исследования.

Рис. 3 Чл.-корр. НАН Украины Т. С. Петипа Fig. 3 Corr. member of NAS of Ukraine T. S. Petipa.

Под редакцией Т. С. Петипа опубликована книга по экосистемам Индийского океана, под­готовлена ещё одна, которую пока не удалось издать. Показательно, что когда в США реши­ли выполнять исследования в Индийском океане, по программе «Джиговс», то первым делом организовали симпозиум в Севастополе, и учли огромный опыт обоих наших институ­тов. Сейчас отдел, созданный Т. С. Петипа, выполняет под руководством Э. З. Самышева, в частности, исследования экосистем океана в районе Антарктиды, и два сотрудника ИнБЮМ в разные годы зимовали на украинской антарк­тической станции.

Перейдём к нашему Чёрному морю и обратимся к проблемам, которые требуют дальнейшего исследования. Впрочем, следует подчеркнуть, что их разработка, как минимум, требует судна и современного научного обору­дования. Начну с целого узла интересных во­просов, затрагивающих многих специалистов различного профиля из разных стран, прежде всего, Украины и России. Ряд исследователей придерживается концепции о существовании квазипостоянной фронтальной зоны раздела между прибрежными водами и основным чер­номорским течением (ОЧТ), которая обычно приурочена к свалу глубин (рис. 4) [11, 14].

Вкратце концепция сводится к тому, что зона конвергенции образована цепочкой антициклонических вихрей, формирующихся на прибрежной периферии ОЧТ. В зоне кон­вергенции образуется термогалинная ложбина, где скапливается много взвеси, на которой ин­тенсивно развивается бактериопланктон. При этом наблюдается заглубление всех изопикн вдоль склона и гравитационное оседание взве­си и детрита. В итоге в воде и у дна резко вы­растает количество органической взвеси, скап­ливаются многие тяжёлые металлы, хлор-фосфор-органические пестициды и полиарома­тические углеводороды. Сюда сносится весь плавучий мусор и концентрируется взвесь и планктон. То же наблюдается и в иловых водах фронтальной зоны. Эта зона конвергенции считается биогеохимическим барьером.

Не все украинские гидрофизики разде­ляют эту концепцию. Например, анализ сним­ков из космоса пока не подтвердил непрерыв­ную и постоянную цепочку вихрей. Но попы­таемся показать, что эта концепция в деталях неплохо увязывается с имеющимися биологи­ческими данными. Это и вызывает интерес к дальнейшему изучению проблемы.

Интересен пример распределения икры и личинок хамсы в зоне конвергенции [2]. Обычно наибольшая концентрация икры встречается в слое 0 - 25 м, выше термоклина. Однако показано, что в зонах опускания вод нормально развивающиеся икринки хамсы и ставриды встречаются ниже слоя сезонного термоклина на глубинах 50 и 100 м. В зоне конвергенции икры больше, а на глубинах 50 -100 м доля икры хамсы составляет от 2 до 70 % от численности во всём столбе. Это объ­ясняют влиянием нисходящих потоков воды.

Теперь обратимся к бентали. Давно ус­тановлено, что нижняя граница обитания мак­робентоса проходит на глубинах менее 200 м, несколько варьируя по районам. С увеличени­ем глубины меняются поясные сообщества, и в последних сообществах макробентоса домини­руют митилиды (мидия, затем фазеолина) (рис. 5 А) [21].

При сравнении распределения макро­бентоса в 1950 - 1960 и в 1980 - 1990 гг. обна­ружено заметное обеднение его сообществ на глубинах более 50 м, причём нижняя граница сообществ и поселений фазеолины сдвинулась вверх, к глубине 100 м [6, 9, 21]. По имеющим­ся данным получается, что макробентос более ощутимо пострадал на глубинах 100 - 200 м, что нуждается в объяснении. Обсуждаемая концепция позволяет непротиворечиво связать обеднение макробентоса с погружением за­грязнений из поверхностного слоя в зоне кон­вергенции (рис.5 Б).

Рис. 4 Схема геострофической циркуляции вод зимой и основные динамически активные зоны Чёрного моря [11]: 1 - центральная зона дивергенции; 2 - прибрежная зона конвергенции (центры антициклонических вих­рей); 3 - направление течений.

Fig. 4 Scheme of waters geostrophical circulation in winter and the main dynamically active zones in the Black Sea [11]: 1 - the divergence central zone; 2 - the convergence coastal zone (centers of anticiclonic gyres); 3 - currents directions

Сейчас во многих звеньях черномор­ской экосистемы наблюдается реабилитация, связываемая, в частности, со снижением эвтро-фикационной нагрузки. Поэтому важно про­должать мониторинг этой зоны, тем более что имеются другие тревожные признаки, связан­ные с последствиями эвтрофикации в глубин­ных водах.

Вернёмся в поверхностный слой. Большие перспективы у космической океано­графии. В Севастополе она интенсивно разра­батывается и в МГИ, и у нас, в отделе З. З. Фи-ненко, которым недавно завершено составле­ние алгоритма расчётов для перехода от кос­мических данных по концентрации раститель­ных пигментов к величинам первичной про­дукции. Но возникает задача: по данным о первичной продукции предсказывать возмож­ные реакции всей экосистемы, особенно - её высших звеньев.

Недавно опубликован аналитический обзор В. Н. Еремеева и С. К. Коновалова о бюджете кислорода и сероводорода в Чёрном море [5]. Из него следует, что продолжается терминологический спор Ю. И. Сорокина с американцами и украинцами о названии пере­ходной зоны от аэробных вод к анаэробным. Для его полного разрешения нужны более точ­ные методы определения кислорода, главное, признанные всеми сторонами. Но поднята и другая серьезная проблема - о возможных из­менениях биогеохимической структуры Чёр­ного моря, поскольку расчётные оценки пока­зывают рост запаса сероводорода. Это может угрожать подъёмом границы зоны и другими сдвигами. Нельзя оставаться равнодушным к этой проблеме, и биологам тоже есть что уточ­нять, если будут условия для работы.

Следующая проблема тоже касается переходного слоя. В самых нижних слоях ки­слородной зоны, при содержании кислорода 0.2 - 0.3 мл/л, обитают личинки полихеты Vigtorniella zaikai. М. И. Киселева [10] описала этот род и вид только в 1992 г. Донная стадия этого вида встречена в узкой полосе дна на глубинах 117 - 151 м, где с дном контакти-

Вклад СБС-ИнБЮМ в решение проблем .

1    2    3    4 5

Z,m 40 60 80 100 120 140 160 180 200

Z,m 40 60 80 100 120 140 160 180 200

CZ зона конвергенции

RIM основное черноморское

течение

PC периозойное сообщество О D слой дефицита кислорода

CZ зона конвергенции

RIM основное черноморское

течение

PC - периозойное сообщество О D слой дефицита кислорода

Рис. 5. Схема влияния пелагической экосистемы Чёрного моря на донную:

А - до 1950 - 60-х годов [21]. Б - модель загрязнения аэробной бентали в 1980 - 90-х годах.

Fig. 5. Scheme of influence of the Black sea pelagic ecosystem on the bottom one:

A - Before 1950 - 1960. В - Model of the aerobic benthal pollution in 1980 - 1990.

рует слой воды, в котором обитают пелагиче­ские личинки [15]. Недавно описаны два новых вида этого рода, найденные на большой глуби­не на гниющих скелетах китов в других рай­онах Мирового океана. Отмечается, что в этих местах содержание кислорода заметно пони­жено. Этот род отнесён к древнему семейству полихет, и возникает вопрос, как и когда он попал в Чёрное море. Следует уточнить родст­во всех этих форм, подробно изучить их био­логию и экологию.

В последний период наши исследова­тели стали больше внимания уделять биологии и экологии собственно сероводородной зоны. Впрочем, довольно давно Г. Г. Поликарпов возглавил исследования свойств глубинной воды, освобождённой от сероводорода. Она оказалась благоприятной для культивирования микроводорослей. Далее отдел радиобиологии занялся изучением донных выходов газов, ко­торые оказались, в основном, выделениями метана. Теперь уже и отдел экологии бентосазанялся выяснением особенностей населения вблизи метановых сипов. Оказалось, что в Чёрном море существуют крупные микроби-альные кораллы. Эти «печные трубы», через которые высачивается метан, получили назва­ние reef chimneys. М. Б. Гулину удалось погру­зиться на немецком подводном аппарате к це­лой роще «печных труб». Эти постройки созда­ны консорциями сульфатредуцирующих бакте­рий и архейскими метанотрофами, древнейши­ми из существующих на Земле созданий.

Много вопросов возникает и в отно­шении необычных видов мейобентоса, най­денных недавно Н. Г. Сергеевой в разных уча­стках моря, на глубоководном дне: являются ли они строгими анаэробами? Откуда и когда проникли в Чёрное море? Интрига, как теперь говорят, состоит в том, что в Тихом океане у Калифорнии есть район, называемый бассей­ном Санта Барбара. Там в бентали аноксиче­ской впадины найдено много разных животных мейобентоса, распространён симбиоз [18]. Не­давно в Средиземном море у Крита на глубине более 3 км обнаружена впадина с гиперсолёны­ми водами и необычной мейофауной [19]. Все эти сообщества похожи на остатки древнейших на Земле ассоциаций, возникших в аноксиче-ской среде в «метановом мире».

Прежде всего, возникают вопросы о действительном возрасте аноксии во впадине Чёрного моря. Была ли она когда-нибудь пре­сной? Так что наши молодые сотрудники не останутся без работы, поскольку есть биоокеа­нографические проблемы, которые следует решать.

Но и в худшем случае (если не удастся реанимировать судно) могу предсказать опти­мистический сценарий: снова начнет расти до­ля морской биологии в нашем потенциально вечном институте (рис.6).

М о р с к а я   б и о л о г и я

Биологическая океанография

 

XXI век

д

 

 

 

її

 

 

її

 

 

ЇЇ

 

 

Морская био­логия

Биологическая океанография

Рис. 6 Схема двух вариантов возможного развития инсти­тута, в зависимости от нали­чия судна

Fig. 6 Scheme of two variants of possible development of the institute, depending on availability of a vessel

1. Водяницкий В. А., Заика В. Е., Чухчин В. Д. Сравнительное изучение морей Средиземно­морского бассейна. - К.: Наук. думка, 1974. - С.

22 - 29.

2. Гордина А. Д., Субботин А. А., Климова Т. Н. Численность и особенности распределения ихтиопланктона в западной части Чёрного моря в летний период 1988 года. - Деп. ВИНИТИ, 19.10.90, № 5410 - В90. - 1990.

3. Грезе В. Н. (ред). Биопродукционанная система крупномасштабного океанического круговоро­та. - К.: Наук. думка, 1984. - 264 с.

4. Грезе В. Н. (ред). Биоокеанографическая струк­тура вод в районах подводных возвышенностей. - К.: Наук. думка, 1988. - 208 с.

5. Еремеев В. Н., Коновалов С. К. К вопросу о формировании бюджета и закономерностях распределения кислорода и сероводорода вводах Чёрного моря // Морск. экол. журн. -2006. - 5, №3. - С. 5 - 30.

6. Заика В. Е. Изменение количества видов макро­бентоса в Чёрном море на глубинах 50 - 200 м // Доклады АН УССР. - 1990. - Сер. Б, № 11. - С.

68 - 71.

7. Заика В. Е. К столетию гидробиологии // Эколо­гия моря. - 2003. - Вып. 63. - С. 81 - 83.

8. Заика В. Е. Научно-исследовательское судно «Профессор Водяницкий»: тридцать лет работы // Морск. экол. журн.. - 2006. - 5, №3. - С. 89 - 95.

9. Заика В. Е., Сергеева Н. Г. Макрозообентос нижних горизонтов черноморского шельфа (глубже 40 - 50 м) по данным последних съ'мок ХХ века // Экология моря. - 2001. - Вып. 57. -

С. 25 - 30.

10. Киселева М. И. Новый род и вид полихеты се­мейства Chrysopetalidae в Чёрном море // Зоол. журн. - 1992. - 21, 11. - С. 128 - 132.

Страницы:
1  2 


Похожие статьи

В Е Заика - Данные о ланцетнике branchiostoma lanceolatum

В Е Заика - Вклад сбс-инбюм в решение проблем биологической океанографии хх века

В Е Заика - Устойчивость экосистем

В Е Заика - Динамика размерного состава ноктилюки noctiluca scintilansв черном море

В Е Заика - Есть ли животная жизнь на больших глубинах чёрного моря