Лортц Й - История церкви - страница 54

Страницы:
1  2  3  4  5  6  7  8  9  10  11  12  13  14  15  16  17  18  19  20  21  22  23  24  25  26  27  28  29  30  31  32  33  34  35  36  37  38  39  40  41  42  43  44  45  46  47  48  49  50  51  52  53  54  55  56  57  58  59  60  61  62  63  64  65  66  67  68  69  70  71  72  73  74  75  76  77  78  79  80  81  82  83  84  85  86  87  88  89  90  91  92  93  94  95  96  97  98  99  100  101  102  103  104  105  106  107  108  109  110  111  112  113  114  115  116  117  118  119  120  121  122  123  124  125  126  127  128  129  130  131  132  133 

4. Наилучшую защиту предоставляло иудеям церковное право. Правда, такой человек, как Амвросий, категорически воспротивился восстановлению разрушенной чернью синагоги (§ 30, I); мы знаем и о неприятном факте огульного осуждения Церковью «прелюбодейного рода, супротивника чистой Невесты Господней». Но Григорий I высказывается о них с чисто римским чувством меры7. Его концепция изложена в часто пролонгировавшейся булле об иудеях («Sicut Judaeos»), гарантировавшей иудеям право на свободу вероисповедания, жизнь и имущество. Можно сказать, что в целом папы вели себя по отношению к иудеям наиболее справедливо8 и что в конце средневековья наибольшей безопасностью иудеи пользовались в Италии. Часто папы положительно реагировали на просьбы иудеев о помощи. Они неоднократно запрещали принудительное крещение. Начиная с XIIIв. такие папы, как Иннокентий IV, Григорий IX, Григорий Х, Мартин V и Николай V со всей определенностью выступали против ужасного обвинения в ритуальных убийствах (см. ниже).

5. Однако предусмотренная законом защита часто не могла оградить иудеев от притеснений со стороны мелких правителей, епископов и соборов или грубой агрессии народа. Это означает, что правовое положение иудеев, несмотря на гарантированную им в принципе защиту закона, было при этом максимально незащищенным и иногда очень опасным. Для массового сознания они были в той или иной степени гражданами второго сорта. С точки зрения единства христианского Запада это объяснимо. Но, как уже сказано, для раннего и начала высокого средневековья не следует исходить из презумпции полного бесправия иудеев.

6. Иудеи были и остались меньшинством. Но они всегда обладали поразительной жизненной силой. Это проявлялось (как в Древней Римской империи, так и в христианизирующихся странах Запада) в очень сильном стремлении распростра нять свою веру. Стремление к прозелитизму составляет со времен Ветхого Завета сердцевину иудейского самосознания: изгнание Израиля было предрешено Вечным с тем, чтобы Его весть могла распространяться! Из истории древней Церкви мы знаем, как могущественно притягательна сила монотеизма (§ 6; об этом Мф 23, 15; Деян 2, 5 слл.). Основой было величественное богатство Ветхого Завета и многие его выдающиеся толкования. Сознание того, что они подчиняются Яхве, следуют Его Закону и обещанной Им верности давала иудеям необычайную силу терпеть свою большую или меньшую обособленность в исповедании Святейшего Единого Имени Божия и при этом никогда не оставлять своих мессианских надежд9.

И в христианском средневековье иудаизм активно проявлял всегда свойствен ную ему миссионерскую тенденцию. Почему это проявлялось по отношению к рабам и служащим из необрезанных, понятно без объяснений (так как никто из необрезанных не смел жить в иудейском доме)10. О стараниях соборов оградить таких слуг от иудаизма говорят возобновлявшиеся в течение всего средневековья предписания. Принимались и другие меры для борьбы с притягательной силой иудейского образа жизни и культа.

Стремление к прозелитизму необходимо принимать во внимание при желании хоть сколько-нибудь правильно понять позицию христиан по отношению к иудеям. В стране, где иудеи добивались значительного положения в политике и экономике, например в арианском королевстве вестготов, они могли стать настоящей опасностью для единства государства и его христианской монолитности; антииудейская реакция становится в этой связи более понятной.

7. а) Испания вплоть до позднего средневековья представляет собой особый случай в истории иудеев (см. ниже, с. 504). С давних пор их было там очень много и число их очень быстро росло. Еще строгий Эльвирский собор (Гранада), 305 г., и Григорий Эльвирский († после 392 г.) старались уменьшить их влияние. В Вестготском королевстве синагога процветала и политически, и экономически.

б) Ситуация изменилась после того, как король Реккаред принял католичество (589 г.). Только иудеи не вошли в государственно-католическое единство Вестготского королевства. С другой стороны, они со своей древней, прочно укорененной верой, представляли подлинную опасность для веры так недавно и еще недостаточно глубоко христианизированных вестготов. Изгнать их не позволяло как их количество, так и их значение в экономике и управлении. Поэтому в VII в. Толедские соборы, а точнее — короли, издали множество резко антииудейских постановлений, имеющих целью принудить иудеев к принятию христианства.

Мы знаем о принудительных крещениях в связи с королевством франков при Хлодвиге, епископом Авитом Клермонским (574 г.), Собором в Клиши (626 г.) и Марселем (691 г.). Но папа Григорий выступал против этого, правильно утверждая, что истинную веру нельзя распространять таким образом; насильственно крещенные сохраняют в душе старую веру. Действия Григория соответствовали его словам; он требовал, чтобы иудеям были возвращены взятые из их синагог украшения и даже священные книги.

Конечно, даже он не в состоянии был полностью следовать этому идеалу. Ему принадлежат роковые, часто повторяемые впоследствии слова: «Если даже насильственно крещенные сами и не станут добрыми христианами, то может быть станут их дети». Великий Исидор Севильский (§ 36), точно так же осуждавший принудительное крещение, тем не менее тоже восхвалял рвение неразумных фанатиков. И с тех пор слова «принудительное крещение» станут ключевыми для всей тысячелетней истории иудеев вестготской Испании.

в) Бесконечно повторяющиеся подробности принудительных обращений демонстрируют безвыходность ситуации, порождаемой трагическим столкновением ложной установки, вполне понятной ответной реакции и отравляющего недоверия с той и с другой стороны.

Страшное и трагическое развитие событий впервые совершенно неприкрыто проявляется в эдикте короля Гизеберта от 613 г. через обезоруживающую объективацию opus operatum крещения и веры; там сообщается: «Он силой привел иудеев к вере во Христа», они «приняли» веру.

г) Практика принудительного крещения и ее богословское оправдание имеет параллель в средневековой идее, что «только живущие в видимой Церкви избегнут Всемирного потопа». К проклятым принадлежат все некрещеные, а значит, и иудеи в своей perfidia. По всеобщему представлению богословов, неверующий не может не быть виноват в своем неверии. Применительно к иудеям аргументы были следующие: в Ветхом Завете им дана значительная часть христианского учения; они живут в христианском мире, где в Церкви проповедуется все Евангелие. Если они не принимают веры, это их вина.

(Конечно, этому противоречило основное положение просвещенного богословия, на которое иудеи постоянно ссылались: никто не должен быть против воли оторван от своей веры. Но даже сам Фома Аквинский, который защищал этот тезис, требовал особого отношения к иудеям.)

д) Подобные, а затем и еще более радикальные декреты до самого начала следующего столетия11, включая указ о высылке всех некрещеных, делали синагоги ненужными; их отбирали, разрушали или переделывали в христианские церкви. Частота таких событий доказывается тем, что Sacramentarium Gelasianum содержит последование освящения Церквей, которые прежде были синагогами. До конца VII в. (т. е. до XVII Толедского собора) с законами о нравственности 12 соседствуют антииудейские каноны, по которым можно судить о тематике соборов. Собственно, на XVI Соборе в Толедо иудеям было обещано, что если они через принудительное крещение честно обратятся к вере, то будут приравнены ко всем остальным подданным короля. Но поскольку тогда был раскрыт заговор между иудеями Испании и Северной Африки, то владения всех иудеев (включая крещеных) были конфискованы в государственную казну, сами они низведены до рабов, им не было позволено жить по предписаниям иудаизма, а детей по достижении семилетнего возраста у них было велено отнимать, «чтобы крепче привязать их ко Христу»13.

Результат мог быть лишь один: холодная ненависть и лицемерие со стороны одних, недоверие и новые тяжелые обвинения со стороны других. К новообращенным христианам относились как к иудеям, так их и называли, запрещали им под угрозой тяжелейшего наказания (публичное бичевание) любой контакт с еще не крещенными. Все принявшие принудительное крещение априори подозрева лись в отпадении, и даже их христианское исповедание вызывало сомнения. Вконечном счете некрещеные удостаивались большего доверия, чем несчастные жертвы принуждения. Недоверие изобретало множество охранительных мер: письменные исповедания веры с массой подробностей, обязательства относительно постоянного проживания и во время путешествия (обязательная регистрация при въезде и выезде). Вступать в брак разрешалось только с давними христианами. Отпавшие должны были подвергнуться побиению камнями от руки иудеев или преданы ими огню. Будучи помилованы, они лишались свободы и всего имущества; помогать им было категорически запрещено.

е) В неявном противоречии ко всему остальному остается IV Толедский собор (633 г.). Он постановляет, что впредь никто не должен быть насильно приведен к вере: Бог милует только того, кого хочет, а кого хочет, ожесточает (Рим 9, 18). Обращение может совершиться только благодатью, но не принуждением. В основе его должно быть убеждение. Но ни здесь, ни в любом другом месте не высказывается ни малейшего сомнения в действительности принудительного крещения14. Именно поэтому с принудительно крещенными и вернувшимися к иудаизму поступали как с отпадшими от веры и еретиками и подвергали тем же наказаниям.

ж) При такой общей ситуации можно только удивляться, что еще находились иудеи, которые переходили в христианство по своим внутренним убеждениям и жили как образцовые христиане. Конечно, они составляли настолько редкое исключение, что для общей картины это не имело значения. До мусульманского вторжения (711 г.) церковно-государственная политика по отношению к иудеям оставалась практически безрезультатной. Это проявилось при завоевании страны арабами: иудеи перешли на сторону новых правителей. Для синагог это стало временем наивысшего расцвета, и дело даже дошло до иудаизации власти — с одобрения арабов.

8. а) Около конца Х в. римское право исчезает повсюду, кроме Южной Франции; одновременно ухудшается положение иудеев и в человеческом, и в юридическом отношении. Все государственные должности были для них закрыты. Из землевладельцев, какими они были до сих пор, они были вынуждены стать арендаторами. Правда, Генрих II еще в 1004 г. воспротивился, когда рейнские епископы претендовали на право распоряжаться иудеями; но новая концепция восторжествовала; теперь иудеи могли владеть землей только как пожизненным леном, который после смерти арендатора возвращается к своему хозяину.

б) Положение иудеев ухудшается вместе с ростом средневекового христианско го сознания на Западе, который начиная приблизительно со второго тысячелетия более ясно и определенно воспринимает себя как единый христианский организм, представленный имперской Церковью. Кроме того, чем больше с XI в. развивался план вырвать Палестину из рук неверных силой оружия, тем скорее иудеи (которые, впрочем, никогда окончательно не оставляли своих мессианских надежд на Святую Землю) могли казаться врагами этой христианской Европы. Внутри христианского общества и христианских государств, а тем более внутри объединяющей Запад Латинской Церкви, некрещеные все отчетливее и определеннее воспринимались как враги.

в) В начале XI в. эту позицию существенно укрепило обвинение иудеев в государственной измене15: предполагались тайные интриги между иудеями Италии и Франции и мусульманами (считалось, что иудеи подстрекали мусульман к разрушению святых мест). Тогда во многих странах было решено изгнать иудеев. Происходили стихийные беспорядки с погромами и убийствами (например, в 1012 г. в Майнце).

Свою роль сыграли страх и напряженное ожидание конца света в 1000 г.: на иудеев смотрели как на потенциальных союзников грядущего антихриста. Или же на них возлагалась ответственность за землетрясения (например, в Риме в 1020 г.).

Сильнейшая антипатия по отношению к иудеям находит ясное выражение в символике «обряда пощечины», принятого в то время в Тулузе: на Пасху кто-нибудь из иудеев должен был получить от одного из христиан пощечину как своего рода возмездие или искупление страданий и смерти Господа.

Снова жестокое выражение приняла неприязнь к иудеям в Испании. Там в XIв. война против арабов понималась как ярко выраженное религиозное христианское предприятие; солдаты из иудеев, разумеется, не могли принимать в нем никакого участия. Поэтому, прежде чем вступить в бой с арабами, по дороге перебили всех израэлитов. Тогда (1063 г.) папа Александр III порицал то, что с иудеями поступали так же, как с мусульманами16.

9. Разнообразные способы и этапы ухудшения правового статуса иудеев в период раннего европейского средневековья были представлены (за исключением гонений в королевстве вестготов) лишь единичными эпизодами. Мы постоянно сталкиваемся с тем, что изгнание из какого-нибудь города не препятствовало тому, чтобы в том же году или несколькими годами позже там снова оказывались иудеи и иудейские общины. Тем не менее уже то, что эти беспорядки происходили одновременно в стольких местах и так часто, выглядит грозным предвестием грядущих несчастий. Действительно, положение иудеев было неустойчивым в самых разных отношениях. В злосчастном 1096 г. казалось, что в рейнских городах все нормально; но тогда же стало ясно, каким обманчивым было внешнее спокойствие.

Важное свидетельство происходящих здесь перемен предоставляет нам канонистика: в отличие от Буркхарда Вормсского († 1025 г.), который основывает свое суждение об иудеях на предвозвещенном им в конце времен спасении, Иво Шартрский (1094 г.) в своем сборнике объявляет иудеев проклятыми вместе со всеми еретиками.

10. И все же это еще не было окончательным поворотом. Напротив, благодаря покровительству Генриха IV и Барбароссы, даже крестовые походы не уничтожили всех правовых гарантий иудеев; они еще не стали тем бесправным народом, который предстает перед нами в позднем средневековье.

Однако с точки зрения истории Церкви крестовые походы являются решающими для нашей темы, потому что бесчисленные проявления жестокости особенно настойчиво заставляют поставить вопросы, сформулированные в начале этого параграфа, — и дать на них отрицательный ответ. Жизнь ближнего мало значила для многих христиан, если речь шла об иудее; к нему относились так же, как к мусульманину, уничтожение которого (как формулирует даже св. Бернард в уставе тамплиеров) — не убийство (homicidium), но «уничтожение зла» (malicidium).

11. а) Об антисемитских актах насилия в начале Первого крестового похода сообщают достоверные христианские и иудейские источники. Некоторые сообщения христианских авторов поистине обезоруживают своей наивной жестокостью: «Когда крестовые походы проходили через Саксонию, Богемию и восточную часть Франции», они «остатки гнусных иудеев, этих врагов Церкви, во всех городах

б) Тогда заявили о себе те неискоренимые подозрения, которые с тех пор и до Нового времени будут постоянно всплывать и волновать души легковерного народа и приводить к жестоким судебным процессам или, скорее, к противозакониям: обвинения в осквернении гостии, ритуальных убийствах, распространении чумы, отравлении колодцев, источников, рек.

в) Начало Первого крестового похода в 1096 г. ознаменовалось ужасающими событиями на Рейне, точнее в Майнце, Кобленце и Вормсе, Нойсе, Трире, Андернахе и Меце, а также в Богемии и Венгрии. Потрясают свидетельства о вымогательствах и убийствах, совершавшихся с бессмысленной и бесцельной жестокостью, из одних лишь низменных инстинктов.

Иудейские общины севера Франции предупредили общину в Майнце об опасности, сообщив о движущихся на юго-восток толпах крестоносцев. Иудейская община Майнца ответила, что охотно готова оказать своим французским единоверцам всю возможную помощь. Сами же они, по их мнению, находятся в полной безопасности!

Вскоре стало очевидным, как правы были французские иудеи. Стали известны приписываемые Готфриду Бульонскому слова, что по пути в Святую Землю нужно сначала уничтожить иудеев. Распространялось также зловещее убеждение, что каждому, кто убьет одного из них, простятся всякая вина и грех.

Действительно, несмотря на то что Готфриду Бульонскому, а затем архиепископу Майнцскому и местным бургграфам и, наконец, прибывшему в Майнц основному контингенту «крестоносцев» предлагались значительные денежные суммы, над иудеями грянуло несчастье. Они поднялись на вооруженное сопротивле ние «во славу Имени Божьего». Разразилась ужасная трагедия, исполненная чудовищной жестокости. Вечером 27 мая 1096 г. была уничтожена боvльшая часть общины. Произошло также множество самоубийств (женщины кончали с собой, убив сначала своих детей). Около полусотни иудеев спаслись в епископском дворце, затем под охраной они были переправлены в Рюдесхайм. Но и там перед ними был лишь выбор между принудительным крещением и смертью. Все были убиты или покончили самоубийством , в том числе и принудительно крещенные.

Число убитых превысило 1000. В Вормсе тоже было около 1000 жертв17. Только епископ Шпайера, который прежде предоставил в своем городе иудеям право на проживание с самоуправлением, и в этом случае взял верх над чернью.

г) Каковы были эти христиане, которые шли освобождать освященную Господом землю из рук неверных, ясно без слов. Их злодеяния являют страшные свидетельства против их христианства; но они были бы невозможны, если бы вожди христианского мира не оказались несостоятельными: уверенные в своей непогрешимости, они совершенно беспрепятственно позволили представлению о том, что народ иудеев некогда убил Бога, вырасти в скрытый антисемитизм.

д) Несмотря на это, с иудеями не было покончено. Генрих IV, извещенный курьером из Майнца, взял под свою защиту все синагоги Германии. Он даже разрешил иудеям возвращаться к своей религии18.

12. Когда один из цистерцианских монахов проповедовал на Рейне Второй крестовый поход и в результате начались стихийные погромные действия против иудеев, проявилась сила пророческого видения св. Бернарда Клервоского: он сумел ввести монахов в рамки и стал защитником иудеев19 — их не нужно ни преследовать, ни уничтожать, ведь они живые свидетели нашего спасения, которые живо напоминают нам о страданиях Христа20.

Правда, как раз у Бернарда проявляется, насколько далека мысль того времени далеко отошла от желания подлинной евангельской миссии среди иудеев. Из его последней книге («О созерцании») (§ 50) видно, что после ужасающего поражения, которым закончился Второй (его!) крестовый поход, европейское сознание начало глубже понимать, что язычество — это реальность, что за пределами Европы еще есть обширная пашня, ожидающая исполнения наказа Господа о проповеди. Итак, св. Бернард напоминает папе о его долге не ставить ограничений проповеди Евангелия. Слово веры должно возвещаться повсюду: «Насколько ты в силах, ты должен стараться неверных обращать к вере, обращенным не давать отпасть от веры, отпавших возвращать обратно... Совращенных (еретиков и схизматиков) должно властно уличать: либо они должны сами исправиться, либо у них насильственно нужно отнять право и возможность вводить в заблуждение других...» А как быть с иудеями? «Что касается их, то здесь ты должен оставить усилия: для них (т. е. для их обращения) определен свой срок. Только после обращения всех язычников придет их время; его нельзя ускорить».

13. Во время Третьего крестового похода с очень жестким указом против иудейских погромов выступил Барбаросса: тому, кто нанесет рану иудею, должно отрубить руку, а за убийство иудея полагается смертная казнь. Что же касалось постоянных налогов, то иудеи стали «императорскими каммеркнехтами», которых не следует угнетать. Архиепископ Майнцский даже постановил, что крестовый поход, совершаемый убийцами иудеев, бесполезен, т. е. не обеспечивает своим участникам отпущения грехов.

III. Позднее средневековье

1. В позднем средневековье положение иудеев в Европе становилось все менее защищенным в правовом отношении и по-человечески все более тяжелым. Действие факторов и сил, направленных против них, стало теперь более последова тельным. Теперь иудеи стали в точном смысле слова инородным телом внутри христианского Запада. Уже III Латеранский собор потребовал введения гетто и диффамирующей одежды для иудеев (желтые колпаки и иудейские звезды)21. Правда, Иннокентий III с позиций богословия к заслуживающим отвержения относит только часть иудеев. Но, с другой стороны, у него есть и такие формулировки22: «Это иудеи пригвоздили Христа ко кресту, они — Богом проклятые, «servi», рабы. Христиане свободны благодаря Христу; они должны держать иудеев в постоянном рабстве». IV Латеранский собор возобновил эти требования, а в середине века Климент IV через одного из кардиналов-легатов пытался добиться, чтобы они были реализованы по всей империи. Однако во многих областях строгое разделение не было проведено до XV в.

У канонистов сформировалось теперь мнение, что позволительно отбирать у иудеев детей и крестить их. Правда, Фома Аквинский и Александр Гэльсский возражали против этой страшной идеи. Но Дунс Скот и его школа защищали ее.

2. а) Вина христиан ужасающе росла. Уже упомянутые тяжелые подозрения с невероятным легковерием распространялись с церковных кафедр, через литературу или в виде слухов и навлекали на иудеев санкционированные законом или стихийные расправы. В театрализованных изображениях Страстей Господних, которые возбуждали фантазию толпы, образы убийц Христа были наиболее отталкивающими и опознавались по одежде как евреи. Толпа легко узнавала в них иудеев и на этом основании формировала свое представление об иудействе вообще.

б) Со времени провозглашения догмата о Пресуществлении выросло не только почитание Евхаристического Тела Христова, но и умножились суеверные представления. Они опять были связаны с иудеями, и все чаще возникали слухи, обвинявшие иудеев в похищении гостии (в том числе через подкупленных ими христиан)23 и ритуальных убийствах. С XIII по XVIII вв. папы часто бывали вынуждены в своих буллах опровергать кровавые наветы на иудеев.

Не только страсти толпы, разгоряченные воображаемыми, а иногда, как доказано, сознательно вымышленными обвинениями, приводили к кровавым погромам, но и правосудие внесло в них свой вклад. Тяжкие подозрения «доказывают ся» посредством пыток, если признание, сделанное под пытками, берется назад, это расценивается как закоснение и отпадение, которые, конечно же, должны быть наказаны, — вот заколдованный круг, порождающий тот жестокий и несправедливый антисемитизм, который так сильно отягощает историю позднего средневековья. Иудей был колдуном и служителем антихриста, на него просто списывалось все дурное и зловещее. В песнях и обывательских представлениях, в особого рода поговорках употребление проклятия: иудеев повесить, утопить, сжечь,— было самым обычным делом. Чтобы избавиться от исповедующих иудейскую веру использовались лживые обвинения24.

в) Поскольку начиная с Х в. были введены законы, ограничивающие для иудеев право владения землей, им пришлось искать себе другие средства к существованию. Им оставались торговля и финансы, в которых они заметно преуспели. Денежные операции казались предназначенными именно для них уже потому, что христианам было запрещено взимать проценты. Правда, в ростовщичестве иудеев, так часто служащем предметом обвинений 25, принимали участие князья и господа: зачастую они сами устанавливали неимоверные проценты (до 30_40% в неделю!), требуя отправлять крупные суммы прямо в свои кассы.

3. а) Несмотря на вышедшие законы о защите иудеев (см. выше § 72, II, 11д, 13) с конца XIII в. само их существование оказалось под угрозой. В Германии в 1298 г. были уничтожены почти все общины Баварии, Австрии и Франконии; в 1336_1338 г. происходили стихийные расправы по всей Южной Германии до самой Богемии. В 1348_1350 гг. шествия флагеллантов несли с собой ужасающие погромы по всей Западной и Центральной Европе. В Страсбурге в 1349 г. иудеев сжигали на деревянном помосте; они могли остаться в живых, если решались креститься. Маленьких детей против желания родителей вытаскивали из огня и крестили. Гуситские войны — как прежде альбигойские — в начале тоже сопровождались подобными явлениями. При погромах, естественно, имела место самооборона и уличные бои. Не раз встречаются сообщения, что иудеи в отчаянии сами поджигали собственные дома и искали смерти в огне.

б) Со второй трети XIII в. мы сталкиваемся все чаще с особым видом насилия: конфискацией и сожжением священных книг иудеев. Уже в 548 г. Юстиниан требовал в Восточной империи уничтожения Талмуда. И в раннем западном средневековье иногда посягали на священные книги, но это противоречило закону. Григорий I в некоторых случаях настоятельно требовал, чтобы иудеям были возвращены их священные книги. Напротив, к Григорию IХ бежал из Ла-Рошели Донин, фанатичный иудей, обращенный в христианство. Он возбудил в 1240 г. первый крупный антиталмудический процесс. Он собрал 24 повозки текстов Талмуда и комментариев. Перед нами начало того жестокого гонения на иудейскую литературу, который через процесс Рейхлина-Пфефферкорна ведет прямо в Реформацию.

4. а) И наконец, умножаются преследования на основании особых чрезвычай ных законов. В позднем средневековье началось повсеместное изгнание иудеев из Англии, Франции, Испании и Германии.

Многочисленные иудеи Англии были взяты королем под защиту короля из финансовых соображений; им было запрещено эмигрировать, и они со всем своим имуществом становились его собственностью. При коронации Ричарда I Львиное Сердце в Лондоне начались беспорядки, за которыми последовали убийства и истребление иудеев в других местах, пока, наконец, в 1290 г. они не были высланы, а их имущество конфисковано.

В Испании после кровавых прелюдий XIV в. 26 начались великие гонения при «католических величествах» Фердинанде и Изабелле. В 1492 г. до 50 000 иудеев вынуждены были принять крещение, чтобы спастись от изгнания и потери имущества: образовалась (как и вследствие великих диспутов 27) масса принудитель но крещенных (магометан и) иудеев, так называемых марранов, число которых необычайно быстро росло (некоторые из них спаслись в Италии и Голландии).

В Германии иудеи тоже были изгнаны почти со всех территорий и из городов (здесь основной движущей силой были гильдии). Упоминавшиеся кровавые погромы 1298 г. связаны с именем Ринтфляйша (Немецкий дворянин, возглавивший антииудейский погром, который возник в связи со слухами об осквернении гостии. — Прим. ред.); в 1384 г. были вырезаны все иудеи Нёрдлингена. Часто, когда изгоняли иудейскую общину, синагогу сжигали. Печально знаменитый пример — разрушение в начале XVI в. синагоги известной древней иудейской общины в Регенсбурге и возведение на ее месте паломнической капеллы во имя «прекрасной Марии». Многие восточноиудейские и галицийские общины основаны переселенцами с запада или с юга во времена позднего средневековья

Итог таков: в позднем средневековье можно говорить о том, что жизнь и имущество иудеев постоянно и повсеместно (за исключением Италии) находились под постоянной угрозой. Более подробный экскурс в историю отдельных стран и городов выявляет это с абсолютной ясностью. В архиепископстве Майнцском только во второй половине XIII в. мы знаем гонения 1266, 1276, 1281, 1283, 1285, 1286, 1287, 1298 годов... Но такое бывало не только в городах, то же самое происходи ло и в сельских местностях, в первую очередь после того как иудеи были изгнаны из стольких городов (особенно в XV и XVI вв.): все новые и новые страдания, жестокости, убийства.

б) И опять нельзя сказать, что все исчерпывается этими мрачными событиями. В истории городов во все века, в том числе и в позднем средневековье, бывали периоды, когда иудеи жили спокойно и жили общинной жизнью при самоуправ лении под началом своего «иудейского епископа», могли проводить раввинские соборы и заключать финансовые сделки с самыми высокопоставленными лицами, епископами или соборными капитулами. Часто через несколько лет после гонений они возвращались к своей прежней деятельности на прежнем месте; если община была совсем уничтожена, то вскоре другие иудеи отваживались поселиться на месте погибших. С 1407 г. иудеи Германии подчинялись собственному имперскому раввину.

5. а) Особое значение для истории Церкви иудаизм имеет благодаря своему знанию арабских мыслителей28. Их контакт, имевший место на рубеже тысячелетий в Испании в областях, подвластных магометанам, принес замечательные плоды. Иудеи стали носителями высокой культуры как поэты, философы, мистики, государственные деятели и врачи. Развитие продолжалось и после освобождения страны, при христианских правителях. Иудеи оставались свободными; они наживали большие богатства и поднимались до высоких должностей, что, правда, давало множество поводов для новых вспышек антисемитизма. Для истории Церкви особенное значение имеет философ и врач Маймонид († 1204 г.), которого часто цитировали Альберт Великий и Фома Аквинский29. Симбиоз ислама, иудаизма и христианства укреплялся (например, в Кордове), пока великое изгнание XV в. не положило ему конец.

Страницы:
1  2  3  4  5  6  7  8  9  10  11  12  13  14  15  16  17  18  19  20  21  22  23  24  25  26  27  28  29  30  31  32  33  34  35  36  37  38  39  40  41  42  43  44  45  46  47  48  49  50  51  52  53  54  55  56  57  58  59  60  61  62  63  64  65  66  67  68  69  70  71  72  73  74  75  76  77  78  79  80  81  82  83  84  85  86  87  88  89  90  91  92  93  94  95  96  97  98  99  100  101  102  103  104  105  106  107  108  109  110  111  112  113  114  115  116  117  118  119  120  121  122  123  124  125  126  127  128  129  130  131  132  133 


Похожие статьи

Лортц Й - История церкви