О А Ручинская - Социальная активность в гражданских коллективах античных городов северного причерноморья - страница 1

Страницы:
1  2 

Електронна бібліотека

видань історичного факультету

Харківського університету

Ручинская О. А. Социальная активность в гражданских коллективах античных городов Северного Причерноморья // Проблеми історії та археології України. Збірник матеріалів Міжнародної наукової конференції до 100-річчя XII Археологічного з'їзду в м. Харкові 25 - 26 жовтня 2003 р. -Харків: Східно-регіональний центр гуманітарно-освітніх ініціатив, 2003. -C. 57 - 60.

При використанні матеріалів статті обов'язковим є посилання на її автора з повним бібліографічним описом видання, у якому опубліковано статтю. Дана електронна копія статті може бути скопійована, роздрукована і передана будь-якій особі без обмежень права користування за обов'язкової наявності першої (даної) сторінки з повним бібліографічним описом статті. При повторному розміщенні статті у мережі Інтернет обов'язковим є посилання на сайт історичного факультету.

Адреса редакційної колегії:

Україна, 61077, Харків, пл. Свободи, 4,

Харківський національний університет ім. В. Н. Каразіна,

історичний факультет. E-mail: istfac@univer.kharkov.ua

©Харківський національний університет ім. В. Н. Каразіна; історичний факультет ©Автор статті

©Оригінал-макет та художнє оформлення - зазначене у бібліографічному описі видавництво ©Ідея та створення електронної бібліотеки - А. М. Домановський; А. О. Баскакова

Проблеми історії та ареалогії України: до 100-річчя ХІІАрхеологічного з'їзду в м, Харкові_, ' , ,,   .■_., ,  ,_,. _5Z

В-пятых, в соответствии с нормами закона, вывоз из Ольвии валюты и репатриация золота, серебра, дензнаков осуществлялись свободно. Очевидно, разрешалось также предоставление и получение ольвиополитами и негражданами, постоянно проживающими в Ольвии, кредитов в иностранной валюте, размещение валютных ценностей за пределами Ольвийского государства. О последнем косвенно свидетельствуют материалы известного из судебной речи Исократа дела боспорского гражданина Сопеида (IV в. до н.э.), разместившего валютные ценности своего отца в Афинах [1, №520]. Широкое толкование положений закона дает также основания для предположения, что на территории Ольвийского государства собственная и иностранная валюта, а также монетарные металлы без всяких ограничений могли быть предметом залога.

Право, в частности, и финансовое, не возникает спонтанно. Оно выступает продуктом развития общества, достигшего определенного уровня своего развития и являющегося достаточно цивилизованным для того, чтобы выработать нормы, которые бы регулировали определенные сферы общественных отношений. Уже в начале IV в. до н.э. можно констатировать наличие в Ольвийском государстве достаточно развитой, сложной и разветвленной системы валютного регулирования. Вопреки некоторой примитивности финансовых отношений, уровень развития государственных органов ольвиополитов, на которые возлагались функции валютного регулирования, отвечал уровню экономико-правового развития античного общества. Несмотря на определенные особенности, правовые основы валютного регулирования в Ольвии по своей сути были подобны основам регулирования валютных отношений в других греческих полисах того времени.

1. Античный способ производства в источниках / Иод ред. С.Аі Жебелева II Известия ГАИМК. -Вып.78. -Л., 1933.

2. Блаеатская Т. В. Очерки политической истории Боспора eV-IV вв. до нашей эры. М., 1959.

3. Гилееич А. М. Античные иногородние монеты из раскопок Херсонеса II Нумизматика и сфрагистика. — 1968. — ВыП.З.

4. Зубар В. Мі, Ліньова Є. А. , Сон И. О. Античний світ Північного Причорномор'я: Нариси історичного та соціально-економічного розвитку. — К,, 1999.

5. Зюнькін А. Г. Фінансове право. - К., 2001.

6.. Кадеее В. И. Херсонес Таврический. Быт и культура (І-ІІІ вв. н.э.). Харьков, 1996.

7. Карышковский П. О. «Борисфен» в ольвийском декрете о денежном обращении I /Записки Одесского археологического общества. — 1967. — Т.2. у

8. Карышковский П. О. Монеты Ольвии. Очерк денежного обращения Северо-Западного Причерноморья в античную эпоху. К., 1988.

9. Латышев В. В. Исследования об истории и государственном строе города Ольвии. СПб., 1887.

10. Леви Е. И. Ольвйя. Город эпохи эллинизма. - Л. , 1985. *

11. Любкерф. Реальный словарьклассических древностей. - СПб., 1895.

12. СоломоникЭ. И. каменная летописі> Херсонеса. Греческие лапидарные надписи античного времени. — Симферополь, 1990.

13. Сорочан С. Б. , Зубарь В. М, Марченко И. Д. Жизнь и гибель Херсонеса. Харьков, 2000.

14. Фінансове право І Керівник авт. колективу і відп. ред. Л. К. Воронова. — Харків, 1998.

15. Юридический энциклопедический словарь. - М., 2000. ' \

16. LatyschevV. Inscripttones antiquae orae septehtrlohdlis PoritiІЕихіпі. Vol.1'. Ed.2, - Petropoli, 1916.

Ручинская О. A.

Социальная активность в гражданских коллективах античных городов Северного Причерноморья

В последние годы значительно возрос интерес к изучению социальной истории античного общества, многообразию условий существования гражданских коллективов, особенностям поведения отдельных социальных групп в них. Данная проблема в отношении городов Северного Причерноморья в своей совокупности еще недостаточно изучена, хотя уже накоплен значительный материал для ее обобщения. Существующая по данному вопросу литература посвящена в основном отдельным вопросам правового статуса населения или отдельным полисам Северного Причерноморья, в историческом контексте которых частично затрагивается данная проблема [1, с.31-56; 2, с.139-154; 3, с.155-160; 4, с.342-471; 5, с.37-76].

Сложность данной задачи определяется фрагментарностью источниковой базы, фактическим отсутствием прямых свидетельств античнЫх авторов, Поэтому наше внимание, главным образом, будет сосредоточено на выявлении основных тенденций участия различных социальных групп в жизни полисов Северного Причерноморья, используя весь комплекс эпиграфических, нарративных и вещественных источников.

Не подлежит сомнению тот факт, что роль ti поведение отдельного индивидуума в древнегреческом обществе определялись его принадлежностью к определенной социальной группе и слою [6, р.287].

Плутарх в трактатах «Против Колота» и «Хорошо ли сказано: живи незаметно?» высказывает мысль: «Хорошо жить - значит жить общественной жизнью» [7, с.646-647]. Это положение на протяжении всего античного периода было основополагающим и в обществах греческих городов Северного Причерноморья. Однако участие, отдельных слоев граждан в данном процессе заметно отличалось.

Со времени основания городов в Северном Причерноморье все полноправные граждане имели традиционное право выполнять общественные поручения, участвовать в выборах, религиозных обрядах,

52______ Проблеми історії та археолога України: даIOQ-річчяХН Археологічного з'їзду я и. Харкові

проводить досуг в общении с соотечественниками. Существование в этот период аристократических союзов в Ольвии (фиасы мольпов, бореиков) [8, №55-60,63,176; 9, с.31-41}, а также указание в херсонесской надписи в честь'Кая Евтихиана на важность принадлежности к роду первопоселенцев («природных граждан») [10, №364] свидетельствуют о преобладающем значении аристократии в жизни общин.

Появление в IV-III вв. до н.э. реальных свидетельств о гражданской законодательной инициативе [11, с.174-175]; повсеместная деятельность Народного собрания; предоставление широким слоям граждан участия в общественных играх, о чем свидетельствуют находки стригилей, сосудов для масла и других принадлежностей атлетов, чаще всего в этот период встречающиеся в могилах жителей среднего достатка [Ольвия - 12, С.140; Пантикапей; Фанагория - 13, с.11-22; 14, с.14-19; І5, с.326; Херсонес - 16, с.113; 17, с.63-64], позволяют говорить о значительной демократизации общественной жизни. Данное предположение подтверждает и вотивно-строительная надпись ольвиополита Клеомброта, сына Пантакла, упоминающая почитание персонифицированного Демоса [10, №179]. В качестве аналогии можно привести свидетельство о сооружении в Афинах Святилища Демоса и Харит [18, s.144]. При этом в Афинах, Керкире и некоторых других греческих городах отмечалось лреобладание демоса в общественной жизни [Thuk. Ill, 70-72]. В целом в эллинистический период приход человека среднего слоя к руководству государством был широко распространенным явлением {19, р.68-69].

Начиная со второй половины 111-11 вв. до н.э., в общественной жизни городов Севернрго Причерноморья большее значение приобретают зажиточные слои граждан. Это можно увидеть в постепенном отстранении от законодательной, деятельности основной массы граждан, активном использовании системы литургий, что способствовало усилению влияния на политику государств со стороны представителей городских верхов [11, с.172-189].

, В первые века нашей эры реальной политической силой обладают лишь слои граждан, имеющие

средства и возможности для действенного участия в общественной жизни городов. Несмотря на сохранение самоуправления общин в большей (Херсонес, Ольвия, Тира) или меньшей Степени (Боспорское царство), широким .слоям граждан остается преимущественное участие в религиозной жизни городов и исполнение общественных обязанностей. Таким образом, средние слои граждан лишь. относительно небольшой промежуток времени занимали ведущее положение в общественной жизни, постепенно уступая решающую роль городской элите.

К числу «активных» участников общественной жизни могут быть отнесены также новые граждане. Участие состоятельной части ксенов в общественной жизни городов Северного Причерноморья проявлялось, главным образом, в их обширной евергетической деятельности, часто вознаграждаемой принятием в гражданские коллективы. Так, гераклиот Фрасимед, сын Фрасимеда, получил права гражданства в Херсонесе за пышные жертвоприношения, которые он устроил в городе [10, №357]. Значительные благодеяния Ольвии оказали херсонеситы Аполлоний, сын Евфрона, и его сыновья, предоставив городу значительную беспроцентную ссуду [8, №28-29; 9, с.4-6]. Судя по проксениям, почетному гражданину даровались все права, которыми обладали коренные граждане, а иногда и особью привилегии. В частности, в херсонесских декретах говорилось: «...дать ему проксению, гражданство... и участие в государстве во всём, в чем участвуют и [граждане].»» [10, №357­359; 20, №5,6,7]. Делосская проксения предоставляет пантикапейцу Койрану «. ..доступ к совету и народу первым после священних дел...» [21, с.255, №1]. ,

В число прав могла входить проедрия (прое8рш), т.е. предоставление почетных мест на празднествах и во время театральных представлений [21 , с.264, №35]. Все это позволяло состоятельным новым гражданам довольно активно участвовать в различных сферах общественной жизни античных городов Северного Причерноморья.

В первые века н.э. наблюдается попытка римского вмешательства в общественную жизнь. В Херсонесе известны несколько местных семей, получивших римское гражданство и nomen Флавиев, представители которых занимали важные государственные должности [10, №359, 360, 361, 363, 386, 389].

Особенно большую роль они играли во II в. н.э., являясь высшими магистратами и членами совета [22, с.42]. Во ІІ-ІІ1 вв. н.э. в Ольвии получил права гражданства Агафокл Эвокат, направленный сюда римскими властями «для ведения необходимых общественных дел» [8, №45]. Таким образом, изменение политической ситуации влияло и на распределение социальных ролей.

Достаточно Велика и разнопланова роль представителей различных интеллигентных профессий в общественной жизни городов Северного Причерноморья. Особо важное значение на духовное развитие гражданских общин оказывали работники интеллектуального труда. В 111-11 ев. до н.э. в Ольвии жили ритор Бион (Борисфенит), принадлежавший к кинической философской школе {Diog.Laert, IV,7; Plut.Cleom.11; 23, р.465]; софист и историк Посейдоний, занимавшийся аттической и ливийской историей и рассматривавший отдельные вопросы, связанные с историей хоры Тиры; географ Дионисий, описавший Северо-Западную часть Причерноморья [24, с.142-145]. В Херсонесе в ЦІ в. до н^ работал историк Сириек [1Q, №344; 25, с.46-48; 26, с. 151-170], занимавшийся религиозными и политическими вопросами, писавший о дружественных отношениях с боспорскйми царями и другими полисами; а во II в.н\э. - Афиней, сын Агіоллонида, который, судя по изображению на надгробии, был писателем, философом или ученым [27, №184].

Довольно яркой фигурой был анонимный, скорее-всего пантикапейский [28, с.206], историк, описавший борьбу за власть сыновей Перисада I и правление его сына Еемела I [Diod.XX, 22-26], т.е. историю Боспора 311/ 310-304/303 гг. до н.э. б Ш в. до н.э. пантикапейский философ Смикр «учил на распуТьях дорог и дал согражданам наилучший образ мыслей» [29, №118], по-видимому, занимаясь популяризацией философии. В этот же период жил боспорит Исил, сын Хрисолая, в юности уехавший лечиться в Эпидавр, где им был написан пеан Асклепию [21, с.280, №57]. Надгробные эпитафии I-JI вв. н.э. свидетельствуют о том, что в Пантикапееработали философ

Проблеми історії та археології України: до 100-річчя XII Археологічного з'їзду в м. Харкові _її

Стратоник, автор не дошедших до нас книг [29, №145], и грамматик Саббион [29, №146].

В причерноморских городах работали архитекторы, трое из них на Боспоре: Диофант, сын Неопола; Навак, сын Мевака, и Эвтих [29, №1112], творили здесь и художники [30, с.376-389], музыканты [Мирмекий -29, №875, Пантикапей - 30; с.376-389; Херсонес - 10, №433; 27, №127], артисты. На существование актеров в городах Северного Причерноморья указывают их изображения в виде бронзовой [31, с.279-280], терракотовых статуэток местного производства [32, с.6-22], а также эпиграфические свидетельства о Проведении театральных представлений [10, №433; 27, №127].

Наконец, следует отметить гимнасиархов и учителей гимнастики. Гимнасиархи - руководители гимнасиев, наблюдавшие за воспитанием и образованием юношества, а, следовательно, будущих граждан, занимали достаточно высокое положение в обществе и играли важную роль в общественной жизни [33, р.220­221]. Так, херсонесит Агасикл, сын Ктесия в III в. до н.э. исполнял многие важные государственные должности прежде, чем стать гимнасиархом [10, №418]. Состоятельным гражданином был и херсонесский гимнасиарх II в. н.э. Демотел, сын Теофила [10, №436]. Безусловно, зажиточными были лица, выполнявшие гимнасиархию в городах Северного Причерноморья как литургию [11, с.183-184].

В одной из пантикапейских надписей I в. до нз. упоминается синопеец Фарнак, сын Фарнака, который был педотрибом, т.е. учителем гимнастики [29, №129]. Богатое мраморное надгробие указывает на его принадлежность к зажиточным слоям общества [34, с.81].

Конечно, слой лиц творческого труда составлял меньшинство среди всего свободного населения каждого полиса Северного Причерноморья. Само наличие пользующейся общественным признанием группы свободного населения, которая посвятила себя профессиональному искусству, умственному труду, педагогике, воспитанию гармоничной личности, ярко характеризует эти гражданские общества. Следует отметить, что В условиях общедоступной гласности, при небольшой территории полисов и ограниченном числе жителей [Plato. Leg.V, 737D-738E; Aristot. Polit. VII, IV, 7], не только образованные профессионалы влияли на общество, но существовал и обратный процесс.

Страницы:
1  2 


Похожие статьи

О А Ручинская - Агонистические празднества и гимнастические состязания в фракийских землях

О А Ручинская - Социальная активность в гражданских коллективах античных городов северного причерноморья

О А Ручинская - Религиозные обряды и празднества в общественной жизни античных городов северного причерноморья